Опубликовано: 30.09.2011 23:42

Удержаться у кормила власти / Банановая республика без бананов

52c2d7b81c0f4e6cbd4b79689cbfe3ec1



Исторические прецеденты и уроки

Ошибка Путина. Режим в России после известных событий 24 сентября получил окончательное оформление. Его аналоги — в странах Латинской Америки со всеми вытекающими отсюда последствиями

В политической науке такая форма правления называется режимом военно-бюрократического авторитаризма, только в отличие от Латинской Америки, где они были особенно распространены в ХХ веке, у нас своя специфика: место армейских, которые в Бразилии, Аргентине, Колумбии, Чили и так далее занимали важнейшее место в правящей коалиции и контроле над ресурсами, у нас отдано чекистам. Как минимум 10 министров, более 25 глав федеральных агентств и заместителей министров, тысячи чиновников и функционеров по всей стране — выходцы из КГБ — за последние 10 лет взяли под контроль нефть, газ, энергетику, сферу финансового контроля, телекоммуникации, важнейшие СМИ. Их объединяет общее прошлое, общие «университеты», свой арго — профессиональный язык, свое представление о чести и — мантра: своих, без нужды, не сдавать. Тот, кто идет против корпорации, этой корпорацией отвергается — так, как это было, например, с Виктором Черкесовым. Что еще больше стреноживает остальных. Гражданским чиновникам в такой системе отдана логистика — Путин и КO понимают, как понимали это в Бразилии времен военных хунт или Чили эпохи генерала Пиночета: люди в погонах к бумажной работе не слишком приспособлены.


Бразилец Жетулиу Варгаш в начале 1930-х стал лидером переворота, в 1934-м настоял на принятии новой конституции страны, которая ограничивала президента одним 4-летним сроком. А потом 20 лет сам конституцию и нарушал.

Поиск вариантов

Проблема передачи власти — так, чтобы ее де-юре отдать, но де-факто сохранить — корневая проблема любого авторитарного режима: нет ни механизмов (выборы), ни гарантий (суды). Последние 5 лет кремлевские политтехнологи прорабатывали вариант двухпартийной олигархии — по примеру Колумбии 1960–1970-х годов и Венесуэлы до середины 1980-х. Суть этой системы в следующем. Партия власти делится на две: они могут именоваться христианскими демократами и социал-демократами (как было в Венесуэле), или консерваторами и либералами (как поделился Национальный фронт в Колумбии), или «Единой Россией» и «Справедливой Россией» — как пытались в нашем Отечестве. Отличие между ними состояло в риторике — более правой или более левой (и соответственно, первые инкорпорировали в свои структуры бизнес-ассоциации, а вторые — профсоюзы), что создавало у народонаселения некоторую иллюзию выбора. Но главное было в другом: раз в пять-шесть лет, деля между собой президентские и министерские кресла, элиты в погонах и без таким образом удовлетворяли свои интересы мирным путем, не прибегая к насилию вроде переворотов. В Венесуэле, например, такая система позволяла 17 лет обходиться без крови и насильственной смены власти, Колумбии дала 16-летнюю передышку в бесконечной гражданской войне. Правда, в конце концов все опять заканчивалось каким-нибудь капитаном или подполковником с гвардией за спиной, который объявлял себя борцом за народное дело и с помощью ружей и пушек прокладывал уже себе путь в президентский дворец.

Вариант двухпартийной олигархии был возможен и в России, если бы Медведев, скажем, встал у руля «Справедливой России». Но Путин, который, «вернувшись с холода», привык никому не доверять, а людям без чекистского опыта — особенно, даже такую степень свободы позволить младшему партнеру по тандему не мог. Однако и становиться туркменбаши ему — во всяком случае пока — не хочется: компания европейских лидеров вроде Берлускони ему, германофилу, все же ближе и понятнее.

Так, Кремль стал присматриваться к мексиканскому варианту.

Виват, Мексика!

Договор элит, который с разной степенью спокойствия продержался в самой коррумпированной стране Латинской Америки почти 70 лет, зижделся на одном правиле: каждые 6 лет в Мексике приходил к власти новый президент. Да, конечно, было голосование и всенародное волеизъявление, были для проформы разные кандидаты, но выборщик у преемника был один — уходящий президент. Попытки продлить пребывание у власти бывали, но элиты относились к ним с неодобрением: это рассматривалось как покушение на устои, что, в свою очередь, ставило под сомнение гарантии безопасности лидера на пенсии, а значит, и всего его клана.

Мексиканский вариант, в принципе, не исключает возможности передачи власти от одного президента к другому и обратно. Другими словами, Путин, отсидев положенные ему теперь по Конституции 6 лет, может потом снова избрать себе в преемники Медведева. Скорее всего, именно такое обещание он и дал сейчас младшему дуумвиру. Однако вполне может и изменить ему, когда подойдет срок. Если, в принципе, удержится в Кремле до 2018 года.


Молодой офицер Уго Чавес
возглавил очередной (неудачный)
мятеж в Венесуэле в феврале
1992 года; отсидел в тюрьме 2 года,
был помилован, создал
революционное «Движение
V республики», все принципы
которого потом благополучно
сам и порушил

Риски

Вся проблема — для Путина — заключается в том, что классический персоналистский режим в России невозможен: слишком большая страна и слишком богатая. В Гаити или Чечне — это пожалуйста, а в Аргентине, Бразилии или Отечестве потребны коалиции кланов. А там, где коалиции, там разные группы интересов и молодые волки, жаждущие припасть к нефтяному или газовому краникам, которые оккупированы путинскими ребятами. Премьеру-президенту может и грезятся лавры Муссолини с его «Все внутри государства, никто вовне государства, никто против государства» или какое-нибудь «лузотропиканство» (отказ от индивидуализма в пользу всевластного корпоративного государства) португальского диктатора ХХ века Антониу Салазара, но это вряд ли получится. Даже товарищ Сталин, не говоря уже о товарище Брежневе, вынужден был делиться властью, читай, постами и ресурсами. Вот ровно здесь для стареющего Путина и будут обнаруживаться главные угрозы.

Так было в Бразилии, в 1930–1950-х годах, во времена президента Жетулиу Варгаша. Тот каждые четыре года обещал уйти, уступить дорогу молодым и новым, но как только подходил срок — придумывал очередной вариант, как от кормила власти не уйти. Кончилось тем, что военные, которые его поддерживали многие годы, ведомые официальным, отобранным самим Варгашем преемником, генералом Дутра, его и заставили уйти в отставку (Варгаш позже вернулся, но его опять свергли, и он покончил с собой). Следующие десятилетия ознаменовались в Бразилии чередой военных переворотов — никто уже никому не верил, а потому насилие стало инструментом смены власти, пока политики — исключительно из чувства самосохранения — не договорились, что больше не будут допускать людей в погонах к власти.



Как обернется у нас — увидим. Но одно кажется очевидным:

24 сентября Путин совершил главную ошибку своей жизни — он лишил страну шанса на мирную смену власти. А себя — приличного места в истории.

Альбац Евгения
Источник http://newtimes.ru/articles/detail/44119/

Слушать радиопередачи по теме:
1. Андрей Илларионов: "Путин никогда не назначил бы Кудрина премьером..."
2. Виктор Геращенко - об отношениях Ходорковского и Путина
3. Михаил Касьянов: "Сорвался Медведев, а не Кудрин"
4. Особое мнение Леонид Радзиховский
5. Особое мнение Евгения Альбац
6. Полный Альбац Путин навсегда?
7. Поехали? Новая эмиграция в связи с новым сроком Владимира Путина: реальная угроза или пустые разговоры

Для проигрывания музыки требуется Flash Player 10.

Скрипт плеера взят с портала SzenProgs

БАНАНОВАЯ РЕСПУБЛИКА БЕЗ БАНАНОВ

АНТОН ОРЕХЪ

Эти дни нас, конечно, хорошенько встряхнули. Хотя, когда осядет взвесь и спадет пена, мы поймем, что ничего по сути не поменялось. Случилось то, что все ожидали, что по-другому случиться не могло, ибо никаких сколько-нибудь реальных альтернатив не было, увы. Другое дело, что пошлость, цинизм и унизительность действа были совершенно «обнаженными». Одно дело предполагать — и другое, когда вся эта срамота живьем на твоих глазах разворачивается.

Однако взвесь осядет, пена спадет, мы перестанем глумиться, стебаться и просто негодовать и неизбежно посмотрим на содержательную часть показанного нам спектакля. А там для меня лично открылась одна неожиданная подробность. Будущий и пока еще как бы действующий президенты уже наговорили неких программных вещей, но почти все в их программах — это «вода» и благие пожелания. Что-то про социальную справедливость, что-то про «ошибочно начисленные» 30 миллиардов долгов по налогам, которые нам простят (а почему раньше не простили? И как они узнали, что налоги ошибочные? Специально, что ли, про запас начислили, чтобы наше же нам и вернуть под выборы?).

Но что было сказано четко, рельефно, непреклонно и даже моментами остервенело — это про расходы на оборону. Любовь к бряцанию оружием не новость сама по себе. Но удивительно, что ни про что другое так четко и громко больше не было сказано! Нам сказали так, что не перепутаешь: мы будем тратить на оборону не просто много, а очень много! Мы не «банановая республика», у «нас миссия», и как бы ни было это обидно для бюджета, мы будем тратить и тратить, мы задействуем не только ОПК, но и гражданские предприятия.

В «ЕЖе» есть, конечно, и покруче меня специалисты по армейской и оборонной теме, которые с цифрами и фактами разложат нам эту чудесную концепцию на атомы, но я размышляю как обычный человек. Даже не про триллионы рублей, даже не про ракеты, которые никак не взлетят, и даже не про на порядок завышенные цены на вооружения. Я про жизнь. Кто объяснит мне, что это за «миссия»? Каких соседей мы должны защищать и от кого, если соседи только и думают о том, как бы от нас защититься? С кем мы готовимся воевать?

Поправьте меня, если я ошибаюсь, но разве не таким же образом загнулся Советский Союз? СССР ввязался в гонку вооружений с более мощными, развитыми, «разнообразными» странами — и надорвался. Вся страна работала на оборонку и надеялась выжить за счет нефти и газа. В точности как мы теперь. Нефть и газ подешевели, армия высосала из страны последнее, и страна рухнула под собственной тяжестью, утомленная неэффективным управлением, вечными обещаниями светлого завтра и политической системой, построенной на угнетении, подавлении всяческих свобод, когда группа людей решает все за всех. Так я не пойму никак: мы что, решили построить Советский Союз заново? Закрыться за Железным занавесом и наращивать военную мощь, провозгласив это своим приоритетом?

Да приоритет любой нормальной страны состоит совершенно в другом! Чтобы ее граждане жили нормально! Чтобы они были сыты и обуты. Чтобы у них была работа, чтобы в стране была квалифицированная медицина. Чтобы за чертой бедности не жили миллионы. Чтобы инвалиды были полноценными членами общества, чтобы старики не доживали, а жили, чтобы молодым действительно была «дорога».

Вместо всего этого нам предлагают вооружаться и… чего, собственно, дальше-то? Может, нам сперва научиться кастрюли выпускать? Автомобили? Холодильники? Телевизоры? Мобильные телефоны и компьютеры? Что мы умеем делать сами? И не просто кое-как мелкими партиями, а на мировом уровне? Ни хрена мы не умеем? Мы мясо везем из Бразилии и Аргентины — на Брянщине и Смоленщине не научились. И молоко делаем из белорусского сухого молока. А в это время деревни вымирают, словно война в стране идет. Кто не помер и в город не сбежал, тот бухает до свинского состояния. А мы какой-то крейсер за миллиарды строить собрались!

Да пускай даже и на оборонку тратим, но крейсер ли нам нужен? Война же и вправду уже идет! 15 лет идет на нашей территории! На Кавказе воюем и показываем все эти годы беспомощность. Потому что к такой войне мы оказались не готовы. Покуда мы готовимся к ПРО и Третьей мировой, боевики творят в Дагестане все, что хотят, и мы не можем ни причины их появления устранить, ни в бою их разбить.

Мы делаем ставку на тотальное разграбление природных ресурсов и ничего иного развивать не намерены. Мы готовы все силы положить на гонку вооружений. И мы совершенно не готовы к тому, что главной проблемой становится межэтническая, межнациональная ненависть, что не какие-то «несогласные», а толпы неуправляемой молодежи и люмпенов выйдут на улицы, а против них пойдут всякие шахиды и моджахеды. Эта перспектива куда отчетливее и страшнее, чем посиделки Путина в Кремле и обиды Медведева. И в конце этого туннеля нам светит действительно стать банановой республикой. Только еще и без бананов.

Источник http://www.ej.ru/?a=note&id=11370



Спасибо Вам за добавление нашей статьи в:









Смотри видео на Free RuTube - То, что не покажет ZomboЯщик

SvobodaNews Free RuTube


comments powered by HyperComments