Опубликовано: 23.07.2018 23:35

Куда переехал кооператив Озеро: Путинские дружки на расслабоне и дом личинка Ковальчука

ЦУР узнал, где отдыхают ученые друзья Путина и нашел дом, похожий «на коленный сустав египетской мумии». Как только видео появилось — на него сразу свалилась куча дизлайков. Значит, расследование кого-то очень сильно расстроило. Не пропустите.



Куда переехали пайщики кооператива «Озеро», узнал и съездил Центр управления расследованиями. Трое из восьми его первых членов перебрались с берегов Комсомольского озера поближе к Петербургу, к озеру Уловному. Журналисты Центра управления расследованиями поговорили с руководством и местными жителями поселка Колосково, где за шлагбаумом в гармонии с природой и космосом проживают Юрий Ковальчук, Сергей Фурсенко и Виктор Мячин. И обнаружили там архитектурное чудо, поставившее в тупик двух знаменитых архитекторов, для объяснения которого пришлось прибегнуть к помощи опытного психоаналитика.

Кооператив пол-«Озера»

Где отдыхают ученые друзья президента во главе с Юрием Ковальчуком

Куда переехали пайщики кооператива «Озеро», узнал и съездил Центр управления расследованиями. Трое из восьми его первых членов перебрались с берегов Комсомольского озера поближе к Петербургу, к озеру Уловному. Мы поговорили с руководством и местными жителями поселка Колосково, где за шлагбаумом в гармонии с природой и космосом проживают Юрий Ковальчук, Сергей Фурсенко и Виктор Мячин. И обнаружили там архитектурное чудо, поставившее в тупик двух знаменитых архитекторов, для объяснения которого пришлось прибегнуть к помощи опытного психоаналитика.

Вертолетчик «России»

Основной владелец банка «Россия» Юрий Ковальчук любит инвестировать в недвижимость. Домов, квартир, клубов, пансионатов и курортов у него больше, чем у любого из друзей-бизнесменов Владимира Путина. Президент любит там останавливаться, а один из объектов даже арендует его управление делами. Практически в каждом из них есть частная вертолетная площадка.

Есть они в Карелии на Ладожском озере: и на Даче Винтера в Тарулинне, где у Юрия Ковальчука — имение, и у оформленного на его компанию «Прайму» «Дома рыбака» на берегу залива Марьялахти — резиденции, где останавливается Путин, также недалеко от Валаама. Прилететь на вертолете Юрий Ковальчук может в свой яхт-клуб «Лагуна» в Приозерске (владеет он им через структуры банка «Россия»), на свой горнолыжный курорт «Игора» тоже под Петербургом, где на принадлежащее «Прайму» ООО «Загородная среда» записана усадьба площадью 1895 кв. м с большим садом для прогулок и флигелем для дворни. Есть где приземлиться и рядом с Онежским озером — у «Прайма» там площадка в поселке городского типа Вознесение.

В Геленджике вертолетная площадка расположена на частной базе отдыха, оформленной на компанию «Дельфин» Татьяны Дурицкой, прежде возглавлявшей дочерние структуры банка «Россия». И на Валдае у «Прайма» тоже есть площадка на три места, которую вместе с резиденцией для друга Ковальчука президента Владимира Путина арендует его управление делами.

На Каменном острове в Санкт-Петербурге, где Ковальчук поселился под одной крышей с Аркадием Ротенбергом, Геннадием Тимченко и другими приближенными главы государства, в 600 метрах от их жилого комплекса — еще одна вертолетная площадка. Правда, принадлежит она Управлению делами президента, но вряд ли Владимир Путин запрещает друзьям ей пользоваться. На основании заключения госпредприятия «Аэропроект» получено разрешение на обустройство вертолетной площадки на крыше столичного ЖК «Венский дом», в котором у Ковальчука и его партнера по бизнесу Дмитрия Мансурова есть общая квартира площадью более 600 кв. м.

Словом, проще перечислить, откуда не взлетают винтокрылые машины Юрия Ковальчука, чем наоборот. Так что когда мы наткнулись на очередную частную вертолетную площадку в 80 км от Санкт-Петербурга, то предположили, что и она принадлежит Юрию Ковальчуку. И не ошиблись.

«Ковальчук сюда не всегда на вертолете прилетает, иногда приезжает и на машине»

Прежде неизвестная дача друга Путина находится на месте бывшей финской деревушки Луукколанмяки в Приозерском районе Ленинградской области, она же бывшая Замково, она же бывшая Русская, она же поселок Колосково.

Почти все владения Ковальчука стоят у воды. Вот и эта дача в Колоскове расположена на берегу озера Уловное. От игорской усадьбы бизнесмена по прямой до нее меньше 8 километров, или 12 км по дороге, то есть 15 минут неспешной езды на автомобиле, а на вертолете так вообще подняться и сесть.

— Есть у нас богатые люди, есть — у Ковальчука дача, у Фурсенко, — не скрывает местный староста Владимир Чеклин. — Но Ковальчук сюда не всегда на вертолете прилетает, иногда приезжает и на машине. Он ведь тут не постоянно живет — но да, бывает. И вообще себя ведет культурно, вежливо.

— Есть поселок Колосково, а внутри него — отдельная закрытая территория (домов 10–15), на которой как раз хозяин вертолетной площадки и живет, — рассказала работающая в поселке риэлтор Елена. — Там очень камерная обстановка — так соседи между собой договорились. Солидные порядочные люди. Их охрана там все патрулирует каждые минут сорок. Лес между их домами и озером (сосновый бор) взят в долгосрочную аренду, то есть чужих там тоже нет.

Закрытую территорию Колоскова охраняет «АБР-Безопасность» — охранное предприятие, созданное ковальчуковским банком «Россия» в 2001 году и в 2010-м перешедшее в собственность гендиректора Григория Бобровского.

— Другой вопрос, что дорог там тоже нет, и никто по факту не ходит, — подтверждают колосковские дачники. — Но пройти можно — вдоль берега все свободно. У Ковальчука там много земли, и почти вся — в свободном доступе.

— Тут прекрасно знают, кто здесь хозяин, но в этом и плюсы, — добавил один из местных. — Например, он сделал мостик через протоку, и теперь не надо лишний километр идти в обход. Он поставил шлагбаум, и народ перестал через речку ездить вброд, и машины там больше не моют.

Староста добавил, что Ковальчук всегда готов оказать спонсорскую помощь Колоскову. Если попросят. Несмотря на то что взнос для него и так больше, чем для остальных.

Согласно данным Росреестра, по соседству есть участки не только у его жены Татьяны и сына Бориса, но и дома ближайших друзей — Сергея Фурсенко (президент ФК «Зенит», экс-строитель «Бурана» и экс-президент Национальной медиагруппы Ковальчука) и Виктора Мячина (бывший коллега по ФТИ им. Иоффе и бывший гендиректор ковальчуковского банка «Россия»). Оба (и Мячин, и Фурсенко) соседствовали с Ковальчуком еще в дачном кооперативе «Озеро», а потом вместе обосновались на Каменном острове в Петербурге.

Мячин занимает 2 га, Фурсенко — всего 32 сотки. Тогда как у Юрия Ковальчука и созданной им компании «Атмосфера» только в полной собственности около 50 га, следует из данных Росреестра. И еще почти столько же — в аренде у ООО «Лединвест», которая зарегистрирована по одному адресу с рядом компаний, связанных с Юрием Ковальчуком («Загородная среда», «Игора драйв» и др.). Получается имение почти 100 гектаров на самом берегу озера Уловное, одном из чистейших в области.

Первый дом Ковальчука появился тут еще в 2002 году, но маленький — всего 214 кв. м. К 2015 году он построил себе новый — площадью 1345 кв. м. Для жизни тесновато, но время от времени прилетать закинуть удочку можно.

— Там лещи здоровенные, щука, карась — до полутора килограмм, если бы я сам не видел, не поверил, — говорит Сергей Минич, глава Сосновского сельского поселения, в которое входит и «Игора», и Колосково. — Вода в озере — ну просто можно пить (патриотизм местных жителей похвален, но комментаторы на Wikimapia сообщают, что рыбы в озере мало. — ЦУР).

Ничего, что вертолетная площадка Ковальчука находится метрах в 15 от берега и прилетающие машины распугивают удящим всю рыбу. Да и не очень законно перекрывать общедоступную водоохранную зону. Однако в выписке из Росреестра никаких положенных водоохранных ограничений почему-то нет.

В договоре на аренду прибрежного участка, на который частично заходит вертолетная площадка Ковальчука, такие ограничения должны быть. Когда администрация Сосновского сельского поселения в марте 2016 года объявляла конкурс на заключение договора аренды этой земли под «размещение объектов благоустройства», в условиях тендера было прямо указано: «Арендатор земельного участка обязан использовать участок исключительно для целей, не связанных со строительством (реконструкцией) и эксплуатацией объекта капитального строительства». То есть разбить парк с беседками и темными аллеями, гармонично сочетающимися с природными элементами ландшафта, там можно, а вот вертолетную площадку — уже слишком.

В декабре 2014 года Кировский районный суд Омска разбирал, например, в рамках дела №2–6078/2014 вопрос, можно ли считать вертолетную площадку объектом капитального строительства, и пришел к выводу, что «вертолетные посадочные площадки относятся к объектам авиационной инфраструктуры, а, соответственно, к особо опасным и технически сложным объектам, которые, в свою очередь, являются самостоятельными объектами капитального строительства». Так что, исходя из омской судебной практики, площадка существует у Ковальчука на птичьих правах. Но он ведь не только в Сосновском сельском поселении, а во всем Приозерском районе области главный спонсор.

«Стараюсь не нарываться, его терпения не испытывать»

Порой неподалеку от дачи Ковальчука раздается стрельба, но дачников это давно не удивляет — рядом расположен учебный центр МВД «Сосново». И даже придает им чувства уверенности. Хотя раньше со стреляющими полицейскими случались конфликты.

— Да, бывает, курсанты бегают по тактике специальной подготовки, стреляют с автомата холостыми, но это не опасно и не громко, — пояснил глава поселения Сергей Минич. — Зато кого надо это отпугивает. Еще бы, такое количество сотрудников полиции.

До того, как возглавить местную администрацию в январе 2017 года, Минич 11 лет руководил этим учебным центром, но уверяет, что Ковальчук к его новому назначению непричастен.

— Тут получилась у депутатов конфликтная ситуация, и они меня попросили, а начальник университета не возражал, сказал, если хочешь карьеру делать — иди. Напрямую я с Ковальчуком не общался, но знаю в реальности, он дядька такой серьезный. Он даже когда машина заезжает на территорию, и управляющий его территории видит, что у машины подтекает масло, он говорит: иди, приведи машину в техническое состояние, то, которое надо, тогда будешь работать. Он даже в таком плане жестко, а это я считаю, что правильно. Ну да, напрямую я с ним никак не связан, но команды от него поступают через других людей. И я стараюсь не нарываться, его терпения не испытывать. Потому что я же с ним по-соседству когда в учебном центре работал, у меня там один раз курсанты на пляже немножко пошалили, это было лет восемь назад. И я немножко так чуть-чуть не огреб. Приехала прокуратура, проверку устроила, но я знал, что это от него. Правда, тогда пришли к мнению, что это не моя вина была.



С тех пор в отношениях воцарилась гармония: Минич стал внимательно прислушиваться к словам и намекам людей Ковальчука.

— Мы стараемся не наглеть, но если нужны деньги, они идут нам навстречу, на все праздники дают помощь. Ну там на салют подкидывают, на день поселка, на Новый год, на День победы они всегда выделяют средства. И самое главное, что им это все не безразлично, они, когда вмешиваются в процесс, видят, что где-то несправедливо, говорят: «Надо сделать вот так и так, чтобы было хорошо для вас». И я соглашаюсь с их мнением, не иду против. А что: я тут работаю всего полтора года.

Прежний глава поселения Александр Соклаков соглашался с их мнением четыре года с небольшим. В награду получил пост главы всего Приозерского муниципального района Ленобласти. Интересно сложились судьбы предыдущих глав района. Светлана Потапова стала депутатом областного законодательного собрания. Сергей Яхнюк перешел на должность сначала зама председателя правительства области, а сейчас заседает в Госдуме. А Сергею Дорощуку и вовсе никакой мандат доверия народа не нужен, ему доверяют близкие президента: теперь он — соучредитель ряда дачных некоммерческих партнерств, включая ДНП «Барсуково», которым руководит Борис Ротенберг, родной брат Аркадия Ротенберга (в собственности у «Барсуково» ЦУР нашел часть острова Барсуковый на озере Отрадное, в 10 км от ДНП «Озеро»). Сергею Миничу, если будет и дальше соглашаться с их мнением, тоже наверняка повезет.

Вообще Юрий Ковальчук творит для односельчан только добро, и никакого зла на них не способен держать, хотя часть его земель, судя по кадастровым выпискам, была национализирована в пользу поселения еще в 2013 году.

— Это береговые полосы, которые не могут находиться в частной собственности, — пояснил специалист местной администрации по земельным вопросам Николай Скворцов. — Арендовать их можно, а в собственности иметь нельзя.

— То есть раньше эти участки незаконно попали в собственность Ковальчука?

— Ну-у… Получается, что да. Просто это раньше были земли лесфонда, и когда он их получил, межевалось все вместе. Потом он землю размежевал и передал участки у воды в нашу собственность. А потом их в аренду взял. Вот и все.

Других желающих арендовать эту землю конечно же не нашлось. За аренду пяти участков береговой полосы поселение, согласно тендерной документации, запросило в 2016 году с Ковальчука (точнее с его компании) 277 тысяч 196 рублей в год. Содержание там незаконной вертолетной площадки стоит дороже.

Но об этом в Колоскове не принято говорить, а сам медиамагнат умеет защищать информацию о себе: после того как ЦУР заказал в Росреестре выписки на его участки на берегу Уловного, в Яндекс-картах тут же обновились спутниковые снимки всего Колоскова. На них имения Ковальчука и его друзей закрыли внезапно набежавшие облака.

Но ничего, нам удалось преодолеть облачность и снять то, что под ней находится — включая дом Ковальчука, напоминающий то ли космическую станцию будущего, то ли гигантскую инопланетную личинку, а вы можете все это посмотреть в нашем ролике.

«Я бы не сказал, что эта гигантская гусеница в ландшафт как-то вписана»

Особенно эти уникальные съемки должны понравиться уфологам и сторонникам теории палеоконтакта — дом похож то ли на личинку шелкопряда, то ли на коленный сустав египетской мумии, то ли на корабль пришельцев, выбравших местом контакта с землянами озеро Уловное.

Хотя путем сравнительно-сопоставительного анализа Центр управления расследованиями выяснил, что первый контакт землян с этим объектом состоялся не в России. Дом Ковальчука — это точная реплика известного среди архитекторов многоцелевого комплекса Pod Pavilion, построенного в 2011 году в городе-спутнике Куала-Лумпура Петалинг-Джая. По замыслу архитекторов, итальянской студии Studio Nicoletti Associati и малайзийской Hijjas Kasturi Associates Sdn, форма павильона — это интерпретация формы капель воды. Но в итоге компания-владелец павильона PJCC окрестила его «коконом» (Pod в переводе с англ. — кокон).

Малайзийский оригинал имеет стальной каркас, обшитый алюминиевыми панелями, и меньше ковальчуковской реплики — его площадь около 800 кв. м. Павильон разделен на две части: офисы и выставочный зал. Почему точкой для нового приземления “космического кокона” было выбрано Колосково, ЦУР затрудняется предположить. Может быть на 100 гектарах поработали все те же итальянские архитекторы, но, вполне вероятно, Юрия Ковальчука просто не поставили в известность российские, что они использовали уже существующий проект.

Мы попросили почетного члена Международного профессионального психоаналитического общества, культуролога Андрея Ломоносова рассказать, что он думает о доме и его владельце. «Или это очень выраженное и своеобразное чувство юмора, или владелец — адепт эстетики постмодернизма. Прямое заимствование, конечно, налицо, но в эпоху постмодернизма кого оно волнует? На фоне бесконечных псевдоакадемических экзерсисов корешей президента и сердюковско-васильевского зубодробительного кича этот образ, хоть и вторичный, может показаться свежим, как неведомая рыба в аквариуме гипермаркета — кто ее знает, сколько она плавает. Со времен Ллойда Райта органическая архитектура стала достойным элементом современной архитектурной среды, экстравагантной она казаться давно перестала», — говорит Ломоносов. У него владелец дома вызывает скорее симпатию за вкус к архитектуре и консультации с компетентными и эстетически грамотными советниками: «Думаю, с чувством самоиронии у него тоже все в порядке. Но какую масочку он примерил для повседневного ношения — это уже другой вопрос. Одно могу сказать точно — вряд ли он симпатизирует национал-патриотическим идеям».

Российские архитекторы Сергей Чобан и Борис Левинзон, адепт бионической (нео-органической) архитектуры, не смогли даже предположить, кто реализовал проект в Колоскове.

Попробуйте найти отличия между малайзийским «коконом» (сверху) и колосковским:

Мы обратились к петербуржскому искусствоведу Михаилу Золотоносову, знающему архобъекты Юрия Ковальчука не понаслышке: так, в 2011 году он писал в еженедельнике «Город 812» об итогах архитектурного конкурса «Архитектон», где гран-при получил «Дом рыбака» Ковальчука работы мастерской Е. Ю. Меркурьева, прямо заявленный на конкурсе как резиденция премьер-министра Путина.

— Органическая архитектура вошла в моду после войны, в 50-е годы, но органическая архитектура должна быть вписана в окружающую природную среду. Я бы не сказал, что эта гигантская гусеница в ландшафт как-то вписана. Наоборот: срубили лес, забетонировали площадку и на открытом месте сделали такое … чудо природы. По форме — да, это органическая архитектура, но суть несколько искажена. По идее деревья должны были бы подступать к зданию, но тогда постройки не было бы так хорошо видно. Другое дело, что Приозерский район — это далеко от Санкт-Петербурга. И нормальному человеку в голову бы не пришло тратить такие деньги так далеко, чтобы никто не видел. Вообще мне этот павильон напоминает фильм «Человек-амфибия», что-то вырубленное в скале, где жил доктор Сальватор. Все какое-то криволинейной формы. Понятно, что внутри могут быть и вполне прямоугольные помещения, более приспособленные для жизни. Но все равно забавно.

— А как же авторские права?

— А что права? Всегда можно сказать, что это не копия. Это то, что называется реплика, то есть «по мотивам». Авторское право ведь распространяется на точные копии. А если это реплика по мотивам, то предъявлять авторские претензии безнадежно. Да и кто из Куала-Лумпура будет судится. Даже Норман Фостер бы в суд не подал.

Тут сложность не в проекте, а в реализации криволинейной формы. Просто надо понять, из какого это сделано материала. Могли ведь применить и просто алюминий, но это получится холодный ангар. Могли пластик или стальной трубчатый каркас, обшитый алюминиевыми панелями, как в Малайзии. Если иметь собственную котельную и хорошо все внутри утеплить, жить уже можно. Но основательнее всего — из бетона, почти как бомбоубежище получится. Но такой бетонный каркас нужно уметь сделать. По идее, прямо на месте постройки должен был стоять маленький бетонный заводик, чтобы прямо там заливать нужные формы. Это дорого, но если у человека много денег, он просто не знает, куда их приспособить. Вот приспособил и нас порадовал.

Кстати, первый проект Доминика Перро для второй сцены Мариинского театра сразу провалился именно из-за криволинейной крыши. Это называется «нетехнологично». Такая поверхность — это технологически сложно и дорого. Никакая прагматическая функция не оправдывает такую гигантскую гусеницу. Это искусства для искусства. Очевидный выпендреж. Другое дело, что строить такие уникальные объекты в лесу как-то странно. Напоминает фразу: бороться и искать, найти и никому не показывать. Если бы не вы, я бы об этом в жизни не узнал. Какой-то разудалый бесшабашный авантюризм в этом есть.

— И сколько может стоит такой авантюризм в денежном выражении?

— От таких оценок я далек. Сколько стоит новый стадион в Петербурге? Разделите на два. Может столько и будет.

Олег Ролдугин



Спасибо Вам за добавление нашей статьи в:



Смотри видео на Free RuTube - То, что не покажет ZomboЯщик

Выруби ЗомбоЯщик! Смотри видео на FreeRuTube






Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Свободная Россия в Telegram. Присоединяйтесь!


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *