Доступное в России зеркало сайта
  1. Главная
  2. Россия
  3. Конец путина
  4. Война путина
  5. Мародерство и зверства российских солдат: Лугандония террора

Мародерство и зверства российских солдат: Лугандония террора

Bucha

Буча

Издание The Insider 10 августа опубликовало взломанный архив писем, поступивших в военную прокуратуру России после вторжения в Украину. Среди них было обращение жительницы Лабытнанги (ЯНАО) Юлии Пунтус. Она пожаловалась на случаи мародерства в селе Бараниковка Кременского района Луганской области. В преступлениях она обвинила военных из "ЛНР". Редакция Сибирь.Реалии связалась с Юлией Пинтус, и она рассказала о том, что происходило в ее родном селе, когда в него вошли военные из "ЛНР".

Bucha
Буча

"Люди крестились: "Господи, кто пришел?" Учитель из России обвинила милицию "ЛНР" в грабежах

В конце девяностых украинка Юлия Пунтус, школьный учитель истории, переехала в город Лабытнанги на Ямале. До этого она прожила более 30 лет в Луганской области, а в 2003 году получила гражданство России.

24 февраля, когда Россия начала войну против Украины, Пунтус исполнилось 60 лет. В Кременском районе у нее остались соседи, друзья и родной дом. И много лет она каждый год приезжала в гости к маме в село Бараниковка.

Бараниковка находится примерно в 60 километрах от Северодонецка и Рубежного, где с марта по июнь шли бои, закончившиеся взятием городов силами России и "ЛНР". От села до российской границы – 225 километров. По данным переписи за 2001 год, на тот момент в селе проживало около 2,5 тысяч человек: 86% из них – украинцы, русских – 13%. Вблизи села находятся сельскохозяйственные поля и комбикормовый завод компании "Фидлайф". До начала войны Бараниковка находилась под контролем Украины.

По словам Пунтус, в марте 2022 года в Бараниковку вошли около 20 человек, представившиеся солдатами "ЛНР". Они разграбили дом ее покойной матери, а также несколько частных домов и административных зданий в селе. Соседи ей рассказали, что у фермеров из Бараниковки и близлежащих сел изъяли горючее и больше тридцати машин.

Как проходил захват Кременского района силами "ЛНР"

Кременской район – это упраздненная территория, которая в 2020 году по решению Верховной Рады Украины вошла в состав Сватовского и Северодонецкого районов. Село Бараниковка стало частью Сватовского района. Руководством "ЛНР" эти изменения не признаются.

24 февраля. Народная милиция "ЛНР" отчиталась об уничтожении радиолокационной системы ВСУ в Сватово.
1 марта. Минобороны России сообщило о блокировке города Сватово и близлежащих к Бараниковке сел (Голубовка, Климовка, Барыкино).
2 марта. Народная милиция "ЛНР" сообщила об "освобождении" от вооруженных формирований Украины 40 населенных пунктов, в том числе Бараниковки.
3-4 марта. Глава "ЛНР" Леонид Пасечник и прокурор непризнанной республики Сергей Горенко объявили о создании районных администраций и прокуратур, в том числе в Кременском районе.

– Я жила во многих селах Кременского района, – рассказывает в интервью Сибирь.Реалии Юлия Пунтус. – Почему я знаю масштаб преступлений "ЛНР", потому что мне с нескольких мест писали мои одноклассники, подруги. Я и соседи куда только не звонили. Как только "освободили" наш район (от армии Украины. – Прим. С.Р.), началось мародерство – и только в Кременском районе в таких масштабах. Самое страшное – это разочарование в этих "освободителях". Просто все рухнуло, когда эта орда прошла по нашему району. Мы восемь лет жалели их и их семьи, а оказывается, их жены рожали под обстрелом, а на другой стороне Украины люди "жировали". Так соседям сказал главный мародер по кличке Фокс.

На одном из "Уралов" мародеров была литера V и надпись "Фокс", отмечала Пунтус в своем обращении в прокуратуру. Она рассказала о мародерстве в своем доме бывшему мужу, который в тот момент находился на отдыхе после вахтовой работы в городе Сватово Луганской области. Он обратился в местную комендатуру "ЛНР", но его не стали слушать: "Там военные действия, мы ничем помочь не можем".

– Они пришли в Бараниковку 8 марта и находились там до конца месяца. Кроме дома мамы, пострадал дом сестры. Я говорила соседям, что не верю в то, что это были "ЛНР". Она говорит: "Так они не скрывали это. Все твое добро поперли в сторону Луганска". Если это были бандиты, то как они миновали блокпосты? Конечно, это "ЛНР". Армии же там нет, это милиция, в которую записывают всех подряд, – говорит Пунтус.


Юлия Пунтус

Она писала в органы МВД "ЛНР" и ее главе Леониду Пасечнику. Власти непризнанной республики, по ее словам, заявления о мародерстве проигнорировали.

После этого Юлия пожаловалась в правоохранительные органы России. В июле Военное следственное управление СК по Южному военному округу передало ее заявление в Генеральную прокуратуру "ЛНР". В надзорном ведомстве следователь попросила повторно написать жалобу – ответ на нее пока не поступил.

По рассказам соседей и знакомых Пунтус, от действий мародеров пострадала не только Бараниковка, но и близлежащие села Булгаковка, Невское, Макеевка, Новая Астрахань, поселок Краснореченское.

"В поселке связи нет. Забрали зерно, поля частично засеяны. Что будет к осени, сами не знаем. Пенсию не платят, работы нет, врачей нет, комбикормовый завод разграблен. Поснимали даже ручки на дверях, батареи повырезали, забрали ноутбуки, оргтехнику. Овец просто стреляли и увозили. Всё словами не передать. Полный разгром, в принципе, у каждого. Вот такие "освободители" (имеются в виду военные, причастные к "ЛНР". – Прим. С.Р.) – мы им так рады, что аж в обморок падаем", – рассказала жена фермера в одном из сел Кременского района (ее имя и место проживания не раскрывается из соображений безопасности).


Разграбленное помещение магазина в Бараниковке, март 2022 года

– Юлия, как ваша и вашей семьи жизнь связана с Украиной?

– После Первой мировой войны бабушка по отцу переехала из Воронежской губернии (сейчас – Белгородская область) в Кременской район, в село Невское. Она и отец выросли там.

Во время Великой Отечественной войны бабушка была в оккупации. Она рассказывала, что если в Красной Армии обнаруживали мародеров, то их расстреливали – даже если они курицу у местных забрали.

Мама – с Изюмского района Харьковской области. Когда в 1941 году началась война, она с семьей уехала, потому что там были страшные бои. Они тогда уехали в Макеевку, тоже Кременской район.

Дед очень любил Украину, чисто разговаривал на украинском. Даже когда умирал, сказал: "Обязательно похороните меня в украинской вышиванке". По его линии все предки имели отношение к лесничеству, а он по молодости, как я понимаю, в лесничестве работать не хотел.


Пётр Глобчастый, дедушка Юлии Пунтус

Его молодость прошла в Полтаве, Киеве. Он увлекался театром, знал Станиславского, судя по всему, был небедный. Первая жена у него была непростая, красавица, богатая. Потом он расстался с ней и оказался в Славяногорске (сейчас – Святогорск, Донецкая область), где встретил бабушку.

И вот таким образом он ушел работать в лесничество. До 1941 года работал в Изюмском лесничестве. Во время войны лесничих эвакуировали, но под Старобельском (Луганская область) они попали под бомбежку. Многие погибли, а он выжил. У него было четверо детей, и он вернулся домой, пошел работать в это же лесничество.

Когда немцы ушли в 1943 году, в НКВД посчитали, что он работал на них. Его репрессировали: отсидел десять лет в Карагандинском лагере. Его реабилитировали, потому что, ну, какая это вина.

После лагерей дед приехал в Макеевку, уже с эмфиземой легких. Он работал в сельском клубе, так как имел отношение к театру, много постановок сделал, костюмы у него были.

– Что вы помните о своем детстве?

– Если честно, я очень Украину люблю, вспоминаю ее. Родилась в Макеевке (Луганская область), потом в Невском жили. У отца была профессия "агроном-организатор". Мы жили в разных селах Кременского района, а потом в 1978 году приехали в Бараниковку – там была работа, шикарные квартиры, горячая и холодная вода. Было очень комфортно жить.

Кременской район мне очень близок, практически все меня знают, и я всех знаю. Там прошли школьные годы, это родина моя. Я очень люблю Кременную, у меня много там друзей, одноклассников – в Рубежном, Северодонецке.

Сейчас они все практически остались без жилья, так как разбомбили частные дома. Вернулись в родные деревни. Например, родственники из Счастья говорили конкретно, что все разбомбила Россия. На этой почве я часто ссорилась с ними, потому что не верила им.

Я закончила одиннадцать классов и поступила в Луганский пединститут на исторический факультет. Луганск – это тоже мой любимый город, я проучилась там пять лет. Закончила институт, поработала в школе, комсомоле и управлении образования. Вышла замуж, пожили с супругом пять лет и расстались. Бывший муж сейчас работает на вахте в Республике Коми.

– Когда вы переехали в Россию?

– В 1996 году начались проблемы, когда зарплату десять месяцев не платили. У меня был сын, и мне тяжело было его растить, жили мы на мамину пенсию. Как мы тогда жили, я даже сейчас не понимаю. И приехала моя землячка с Бараниковки – она жила в Лабытнанги – и сказала, что у них учителей истории не хватает.

Она уезжает, и буквально через четыре недели звонит начальник управления образования в Лабытнанги: "Приезжайте, мы вас ждем". В декабре 1996 года я уехала, с января начала работать. Я учитель истории, занимаюсь музейным делом и военно-патриотическим воспитанием.

– После отъезда в Лабытнанги кто из ваших родственников остался в Украине?

– Практически все. Мамочка осталась в Бараниковке, отец умер в 1980 году – сердце. Одна тетя осталась в Луганске, другая – в Счастье, дядя – в Макеевке. Двоюродная сестра с Луганска сейчас находится во Львове как беженка, другая – в Швеции.

– Как вы поддерживали связь с родными?

– Я приезжала каждый год. Садишься в Лабытнанги на поезд, через двое суток выходишь в Москве и спокойно доезжаешь на луганском или донецком поезде.

Потом (после 2014 года. – Прим. С.Р.) начались проблемы, каждый раз был стресс. Стою в Харькове, при проверке документов спрашивает девушка молодая: "Что вы приехали сюда?" Я отвечаю: "Девочка, а ты видишь, где я родилась?"

Последний раз я была в 2019 году, а дальше уже не пускали. В 2020 году началась пандемия, и меня с внуком не пускали: говорили и со стороны России, и со стороны Украины, что "нет оснований, вам не к кому ехать". То, что я там родилась, ничего не значит.

– Когда вы получили паспорт России?

– В 2003 году, если не ошибаюсь. Тогдашний губернатор ЯНАО Юрий Неёлов принял на региональном уровне решение о том, чтобы принимать иностранных граждан на работу учителями и врачами. Только поэтому нам разрешали работать, но все равно нужно было принять гражданство, это было обязательно.

Сыну было десять лет, когда я привезла его в Лабытнанги, он закончил там школу, но он настолько любил Украину, что все время говорил: "Мама, ты у меня забрала Родину, я никогда не привыкну здесь". И когда он закончил школу, он уехал учиться в Донецк. Закончил там медицинский университет, но вернулся в Салехард. Сейчас живет в Новом Уренгое.

– Как события 2014 года в Украине повлияли на вашу жизнь?

– В 2014 году я приехала в Москву, меня провожала подружка: "Юля, не едь, там война". А как я не поеду, у меня мама там одна, с больным сердцем.

Я иду на Курский вокзал и вижу, что людей нет на перроне. Захожу – три человека в вагоне. На границе почти все повыходили, и нас вообще осталось два человека.

На одной станции зашли люди в камуфляже и спросили, куда я еду. "Ну, вы же знаете, что здесь война идет". Да, знаю, а что, мне надо к маме попасть. Племянник меня встретил, мы по полям приехали в Бараниковку. А когда назад – уже украинские блокпосты были. Российский паспорт проверили, слова не сказали.

– Что вы почувствовали, когда увидели родные места, где уже велись боевые действия?

– У меня была страшная паника, я боялась. Сидим с мамой, слышу гром, думаю, будет гроза, дождь. А мама: "Да нет, это, наверное, со стороны Рубежного стреляют". Самолеты низко летают. Соседка приходит, говорит: "Вы водичку и документы в погреб отнесите, а то, не дай бог, шарахнут".

Потом начали стрелять, мы испугались: под стол попадали, собака завывает, земля ходуном ходит – это танки через Бараниковку шли. Люди вышли, не хотели пускать их, потому что они гусеницами срывают асфальт, делают его непригодным.

В 2015 году мы с сестрой и мамой поехали в санаторий в Полтавской области. В санатории сказали, что не могут нас оформить, потому что мы из России. Я говорю: "Как это так, я родилась здесь, что я, в санатории воды попить не могу?" – "Ладно, вас на украинские паспорта оформим".

Мне как-то так обидно стало. Потом едем в такси, а водитель говорит: "Что, девчата, ваши хлопцы воюют, а вы в санатории отдыхаете?"

– Вы обсуждали с друзьями и родственниками происходящее в Луганской области? Что они говорили?

– У нас с родственниками мнения расходились. Мама, ее сестра и брат были только за целостность Украины. Они говорили, что конфликт в Донбассе – это переворот, бандитизм будет.

А я за "ЛНР" была. И теперь после всего сижу и думаю: "Точно, мама, ты была права". Не скажу, что я рьяно поддерживала. С другой стороны, у меня там друзья, однокурсники, и все кричали, что их бомбят со стороны Украины, еле поуезжали оттуда.

В 2014 году мой двоюродный брат уехал из Луганска в Киев. Его сосед пропал без вести, а неизвестные люди, пришедшие со стороны "ЛНР", ходили в его вещах, ездили на его машине.

Мама у меня умерла летом 2015 года. Ей было 80 лет. Конечно, на это повлияла война, у нее был инсульт, жила в большом напряжении. После смерти мамы я каждый год приезжала в дом. Думала, что выйду на пенсию и буду там жить, заниматься внуками.

Моя одноклассница, когда узнала, что меня "ЛНРовцы" ограбили, в мае позвонила: "Пообещай, что будешь ко мне в Рубежное приезжать". Она тогда была в Подмосковье: ранило ее сына, она вывозила его. Мы поговорили, а потом звонит ее дочка и говорит: "Тетя Юля, я боюсь сказать маме, что нашего дома нет".

Те, кто за Украину, уехали в западную часть страны или Европу, а те, кто уехал в Россию, – конечно, против Украины. Я не думаю, что многие уехали в Россию.

– Что вы почувствовали 24 февраля?

– Мне в этот день исполнилось 60 лет. Директор вызвал меня поздравлять, вручил букет цветов и говорит: "Я навсегда запомню ваш юбилей". Я не поняла. "Вы не знаете, что война началась?"

Конечно, у меня был шок. Не то чтобы я не следила за новостями, мне одноклассники из Луганской области говорили: "Юля, будет война". Господи, какая война, вы что, все с ума посходили?! А одноклассники в январе уже заготавливали воду, подвалы домов.

Учителей в школе собрали на планерку. Директор сказал, чтобы мы "правильно" объясняли детям, что за события происходят в Украине.

Потом узнали, что погиб выпускник школы Андрей Иванов, медбрат, учился в медицинском классе. Только попрощались с ним – погибает парень из восьмой школы Александр Иванчиков, морской пехотинец, сын бывшей коллеги, друг сына. Говорил, что хочет стать офицером, стал им, женился, ребенка родил – с дрона обстреляли, и всё. Парню 35 лет.

Из Лабытнанги всего один военнослужащий погиб в Афганистане, два – в Чечне. И с Украины уже два гроба.

– А никого этот парадокс не удивляет? Люди не задают вопрос, почему так?

– Всех удивляет. Я познакомилась с женщиной-историком из Волгоградской области: у них еще в начале "спецоперации" привезли трех погибших.

– Но это не обсуждается открыто?

– Конечно нет, вы что!

– Коллеги ваши избегают разговоров о войне?

– Стараются избегать, потому что у нас директор этого не любит. Всегда поддерживает политику властей. Даже когда я была потрясена этими страшными событиями, что вот такое у нас натворили, в коллективе никто не поверил, что это "ЛНР": "Мы не верим. Там такие ребята. Это провокация нациков".

Какие националисты? У нас пять лет стояли военные с Западной Украины, культурные, воспитанные, и ничего плохого не делали. Не было воды – людям даже воду разносили.

– Какие были рекомендации о том, как рассказывать детям о войне?

– Наш директор сказал, что мы должны поддерживать политику нашего президента: если он начал эту операцию, значит, так нужно. Дальше, значит, не с кем было вести переговоры.

– Как вы восприняли его слова?

– Очень плохо, потому что я прекрасно понимаю, что такое война. Война на моей родине. Я знала, что это коснется родных, близких.

– А региональные власти воздействуют на городские отделы образования?

– С февраля молчали, а вот недавно пришло указание: с сентября вводятся "уроки о важном". На классных часах нужно объяснять детям о "спецоперации" 2022 года.

Три недели назад я отправила заказное письмо прокурору "ЛНР" с вопросом: о каких же "освободителях" я могу рассказать на этих "уроках о важном"? Об этих деморализованных элементах? Пусть читают.

– Вы говорите, что в 2014 году разошлись со своими родными в отношении к тогдашним событиям на Украине. Тогда вы поддерживали действия "ЛНР". Почему все-таки сейчас ваша позиция изменилась? Только из-за событий в родных ваших селах или повлияло что-то еще?

– Восемь лет прошло, и уже как историк я могу проанализировать эти события – сейчас я отрицательно к этому отношусь. В Кременской район пришло бандформирование во главе с "Фоксом", который вел себя как ордынский хан. Было видно, что они пришли грабить. Подсвечивали окна домов фонариком, чтобы смотреть, где жилье пустое, рассказывала женщина с соседней улицы.

Зная, кто туда в Кременской район пришел и кто "освобождал", пусть мне никто ничего не говорит. Я не всему верю, что говорят нам по телевизору, у меня сложилось свое мнение.

У меня сын очень тяжело воспринял: "Никогда, мама, такого не должно быть, чтобы русские воевали с украинцами". У него в "ДНР" есть друзья-врачи, и они спасают и тех, и тех. Он с ними общается каждый день, но ничего не рассказывает мне.

– У вас есть объяснение, почему люди не верят тем, у кого родственники находятся в Украине и всё видели своими глазами, а верят условному телевизору?

– Если честно, я думаю, что это от небольшого ума. Может быть, действительно зомбирование, когда показывают одно и то же каждый день. Сейчас я в отпуске, телевизор не смотрю, а общаюсь с очевидцами.

Одноклассница пишет: "Кто нам, Юля, все вернет и ответит? Дети жили в Северодонецке, работали в банке – теперь у них ни жилья, ни работы. Как в годы войны, корова спасает всех".

– Почему вы решили обратиться в военную прокуратуру России?

– После того, как моего бывшего мужа вытолкали из комендатуры, я начала всюду писать и обращаться. Проходит месяц – в "ЛНР" не ответили. Я поняла, что в "ЛНР" нет власти и закона, раз они не захотели проводить расследование по горячим следам. Сделала вывод, что для них мародерство – это норма жизни.

24 апреля я начинаю писать в Россию. Написала Путину, мне в его интернет-приемной отвечают: "Путин никакого отношения к "ЛНР" не имеет". Пишу в Генеральную прокуратуру, дошли до Следственного комитета, а оттуда отправили в Ростов-на-Дону в военное следственное управление.

Соседи тоже писали: их ограбили и угнали микроавтобус. У других соседей угнали две машины.

Я писала в интернете открытое письмо этому подонку (бойцу "ЛНР" с позывным "Фокс". – Прим. С.Р.), генералу МВД "ЛНР" Игорю Корнету о том, как он это допустил, и в прокуратуру "ЛНР".


Дом Юлии Пунтус (архивное фото)

После этого беспредела я не воспринимаю "ордынцев" с "ЛНР" как "освободителей". У них бывший заключенный, житель Бараниковки Николай Гурин, был подельником, у него больше десяти эпизодов краж.

Они оставили ему ключи от моего дома, и он еще жил там несколько недель и творил что хотел. Так меня, гражданку России, "освободили" от нажитого двумя поколениями имущества. У него ключи до сих пор.

Он побил у меня окна, у спящего соседа пытался ноутбук украсть. Милиция его задержала, но потом его выпустили. Когда люди стали спрашивать зачем, им сказали: "Так нам нечем его кормить и негде содержать". Он был вместе с милицией "ЛНР" заодно, говорили соседи.

У меня в доме везде валялись шприцы, "травка", сделали вмятину в холодильнике и ножом нарисовали на нем букву Z. Постреляли в кафель, в двери. Дорогие покрывала стелили для ремонта машины. Позабирали плазму за сто тысяч рублей, стиральную машину, немецкий моющий пылесос, десять комплектов постельного белья, ношеные вещи – такие "освободители" жили у меня в доме.

День начинали с грабежей магазинов, лупили с автоматов. Зашли в аптеку, а девушка-провизор говорит им: "Как я вам лекарства дам, у меня вся деревня пенсионеров?" Они выбили стену и все забрали.

ФАП и детский садик разбили, в школе вынесли полностью компьютерный класс. Фермеров запугали так, что к ним ночью придут и убьют, если будут жаловаться. У них отжали пятнадцать машин, бензин, зерно, горючее. Вывезли всё с комбикормового завода. Люди боялись снимать их, потому что они бы убили.


Помещение Бараниковского сельского совета, март 2022 года

Им говорили, что здесь живут граждане России, один парень им говорит: "Мужики, это же вам потом восстанавливать". – "Ничего, Россия потом всё восстановит". Они даже не стеснялись. Теперь все помалкивают, потому что школа не готова к учебному году, детский садик ограблен.

Я думаю, что не только мы на них жаловались. Приезжали следователи из прокуратуры "ЛНР". Они заходили ко мне в дом, видели, что там натворили. Соседи им все подтвердили. Жили у меня, грабили весь район и привозили все во двор.

– На какой технике приезжали мародеры?

– Был автомобиль с пулеметом, они кинули на него две стиральные машинки с моим покрывалом и увезли на Луганск, так сказали мне земляки. Стояли груженые "Уралы", на одном из них была надпись "Фокс" и рисунок черепа. На вид "Фоксу" сорок лет, говорят, что он вел себя цинично, дерзко.

Что известно о военном с позывным “Фокс”

Юлия Пунтус в разговоре с Сибирь.Реалии сказала, что у военнослужащего, который причастен к мародерству в Кременском районе, был позывной "Фокс". Местным жителям он представлялся “командиром мобильной роты "ЛНР".

В апреле в соцсетях появилось видео, на котором человек называет себя “Фоксом” и командиром мобильной роты милиции "ЛНР". Он передавал привет возлюбленной и обещал "скоро приехать домой".

Затем в мае "Фокс", с нашивкой Z на рукаве, показывал корреспонденту "Известий" дрон и тепловизор, которые якобы оставили военнослужащие Украины, когда покидали завод "Заря" в городе Рубежное (Северодонецкий район).

Одна из жительниц Бараниковки уточнила, что "Фокс" из видео "Известий" "сильно похож" на человека, который причастен к мародерским действиям в селе

Первое публичное упоминание о "Фоксе" датируется февралем 2020 года. Тогда военнослужащий "ЛНР" с таким позывным рассказывал об обстрелах в районе поселка Золотое-5 (Северодонецкий район).

В июле в генпрокуратуре "ЛНР" семье Пунтус сообщили, что "Фокса" якобы задержали. В ведомстве Сибирь.Реалии не ответили на запрос, сославшись на отсутствие "аккредитации" у издания.

Такой показательный грабеж граждан России. Из домов выносили столовые приборы, кухонные вытяжки, сушилки для одежды, туалетные коврики, полотенца, шампура для шашлыков. Люди, в основном пенсионеры, стояли и крестились: "Господи, кто пришел?"

Подруга детства из соседней Булгаковки рассказывала, что это была группа бывших заключенных, около 50 человек. Они пришли к ним 1 марта со стороны Старобельска (Луганская область), а потом разошлись по другим селам, в том числе в Бараниковку. В Булгаковке взрывали стены в помещениях, где не могли открыть двери, брали подушки, одеяла. Одна женщина ушла к подруге в подвал переждать, а вернулась – дом уже был пустой.

– Вы обращались с жалобами и к властям "ЛНР", и к России. Не боитесь, что эти документы передадут в силовые органы и вас, допустим, оштрафуют за "дискредитацию" армии?

– Если честно, я не знаю. У меня сын спрашивает: "Мама, ты не боишься?" Я говорю: "Нет". Не могу сказать почему, но я не боюсь. Мне на работе говорят: "Юлия Викторовна, молчите, молчите". А я не собираюсь молчать. Почему я буду молчать? Извините, сколько мне лет, и я буду молчать?!

– Как вам, украинке по национальности, но гражданке России, кажется: разрыв между народами теперь надолго?

– Я думаю, что навсегда, это уже ничем не исправить. У нынешнего поколения и россиян, и украинцев родятся дети, и что они им скажут? Что была такая война – и все. Никто ничего друг другу не простит, а поколение вырастет на этой ненависти.

В девяностые годы мы (жители Восточной Украины. – Прим. С.Р.) начали сближаться с Западной Украиной – у нас разная история, разный менталитет. Я работала в районном отделе образования, мы ездили туда на праздники, нас хорошо встречали. Ивано-Франковск, Львов, я так радовалась, что мы подружились. А потом видите, что получилось.

Сейчас дети в Донецке что поют? "Едут-едут БТРы по Донбасской стороне, и наследники Бандеры порасселись на броне" – пропаганда такая.

– Как вы сохраняете свою национальную идентичность, будучи гражданкой страны, которая начала войну?

– Я люблю слушать украинские песни. Я же закончила украинскую школу. Для меня Украина навсегда останется родиной, там могилы моих родителей. Границу по сердцу я провести не могу.


Юлия Пунтус с семьей в Украине, 1979 год

Очень обидно, что нас сделали врагами. Подруга детства прислала мне видео, как в Западной Украине хоронят парня с Донбасса, погиб под Иловайском. Понимаете, я плакала. А я ей показывала прощание с нашим выпускником, который погиб в Харьковской области. Боже мой, что у одной, что у другой матери трагедия. Молодые, красивые парни отдали жизнь.

Как историк я проанализировала все военные действия и понимаю, что кто-то не так президенту России преподнес информацию о положении в Украине. Думаю, было сказано, что Украину можно завоевать за несколько дней.

Многие жители России не до конца поняли, что происходило в Гостомеле, Чернигове: почему российская армия сначала пришла, потом ушла. Думаю, власти уже пожалели, что развязали эту "спецоперацию".

Оригинал

«Не обращайтесь с нашими детьми как с собаками!». Вскрытый архив военной прокуратуры России показал реальное положение дел на фронте

В распоряжении The Insider оказался архив жалоб в военную прокуратуру России, который отражает реальную ситуацию, сложившуюся в ходе войны в Украине. The Insider и Bellingcat удалось независимо подтвердить подлинность писем из этого архива. Как видно из обращений, срочников обманом или принуждением бросают в зону боевых действий, солдатам не обеспечивают нормальное питание и медицинскую помощь, контрактники специально нарушают все нормы и правила устава, чтобы их отстранили от службы, а родители не могут получить никакой информации о своих плененных или убитых детях. Из тех же жалоб российских граждан можно узнать о мародерстве и зверствах российских солдат.

«За 8 лет мои родители такого зверства не видели»

В основном в российскую военную прокуратуру отправляют жалобы родственники военных или сами военные, но после начала войны вал обращений стал поступать и от россиян, чьи родственники пострадали от насилия и мародертсв на оккупированных территориях. Вот некоторые примеры:

«Здравствуйте, хочу обратиться к вам еще раз, с просьбой разобраться в ситуации, зверства и мародерства со стороны российских военных. Мои родители проживают на территории ДНР, Донецкая область, с. Любовка, ул. Советская д.1, все 8 лет мы находимся на территории, подконтрольной ДНР, мы граждане Российской Федерации, мои дедушка и бабушка, русские, граждане СССР. Но то зверство, которое на себе ощутили мои родные со стороны российских военных, нельзя скрыть. Незадолго до 9 апреля в наше село зашли российские формирования и стали базироваться не далеко от нашего дома. Когда 8 апреля начался обстрел градами по их позициям, родители упали на пол и, переждав обстрел, уехали в соседний хутор, чтоб переждать не спокойную обстановку. На следующий день, когда мама утром вернулась домой, в нашем гараже увидела зверство… большой танк, выбил наши ворота, снес забор из огромной плиты, снес внутрь ворота огромные ангарные в гараже, которые в дальнейшем упали на машины, которые стояли в гараже, <...> украли запчастей и инструментов на 200 тысяч рублей, вплоть до того, что они украли мелочь из машины и презерватив, из брата машины, скажите, это люди? И когда мама приехала подошла туда и спросила, что же они наделали, так как выбив ворота они въехали танком в гараж, при чем полностью даже не заехали, это военный грубой форме послал ее и сказал в конце «иди туда, откуда пришла»… Они прячутся за спинами нашими, они пришли нас защищать или грабить и убивать? Повторяю, мои родители жили 8 лет, на территории ДНР, такого зверства не видели… это Zащитники?».

«Добрый день! Обращается к Вам житель Ямало-Ненецкого автономного округа города Лабытнанги Пунтус Юлия Викторовна по вопросу мародёрства в Луганской области Кременского района села Бараниковки. Дом моей покойной мамы был разграблен, как и многие дома в селе. Банда мародёров, представившаяся офицерами и солдатами ЛНР, зашла в наше село после 8 марта и дерзко ограбила школу, детский сад, аптеку, три магазина, фермеров и, вскрыв замки, заняла два дома на ул. Новосёлов 11, кв. *** (мой дом) и ул. Новосёлов 14, кв.*** (дом Скрыпник Геннадия Эдуардовича). Банда насчитывала около 20 человек. Жили они в моём доме две недели, а затем вывезли всё имущество, даже игрушки и ношенные вещи. В это время они грабили весь район. 15 машин награбленного вывозилось в неизвестном направлении. Эта банда была с автоматами на военной машине «Урал» с буквой V на борту и надписью «ФОКС». Видно было, что это были профессиональные мародёры, потому что не гнушались ничем. В сёлах выбивали двери в домах, погребах и выбирали всё оттуда: картофель, морковь, телевизоры. Выгребали всё, что видели и смогли увезти. Практически у всех фермеров района угнано больше 30 машин. Грабили зерно, бензин, солярку. Сорвана посевная. Эти нелюди не думали, что Российская Федерация их поддержала и не думали о том, что оставляют жителей без школы, аптеки и магазинов. Этот беспредел длился по конец марта. В это время не было никакой связи. Мародёры знали об этом и не жалели никого, угрожали соседям, которые делали им замечания. Жители района считают, что в ЛНР пришла бандитская власть».

«Вывезли всё имущество, даже игрушки и ношенные вещи»

«Родители не ищут сына, их устраивает денежная компенсация»

Множество обращений в прокуратуру связано с розыском родственниками военных, пропавших в ходе боевых действий в Украине. Во многих случаях военное руководство проявляет циничное безразличие в отношении пропавших или погибших солдат, но иногда и родственники проявляют не меньший цинизм. Вот, к примеру, история о том, как родители решили не заниматься поиском сына, вероятно, попавшего в плен, так как уже получили за него похоронные деньги:

«Здравствуйте. Я девушка Тайманова Анатолия Николаевича — Акимова София Олеговна. Анатолий в августе 2021 г. заключил контракт (в/ч 73612, 31 бригада г. Ульяновск). 14.02.2022 г. убыл, как предполагалось, на учения. 23.02.2022 г. последний раз вышел на связь и сообщил, что им дан приказ идти в наступление. Более месяца мы звонили в часть, в МО, и нам постоянно сообщали, что Анатолий жив и с ним все в порядке. 08.04.2022 г. без пояснения причин у родителей Анатолия в части 73612 взяли ДНК, а 13.04.2022 г. в обед сообщили, что 15.04.2022 г. состоятся похороны. От депутатов по месту прописки Анатолия (Мелекесский р-н Ульяновской обл.) мы узнали, что еще в марте его разыскивали из военкомата. Также от сослуживца мы узнали, что именно Анатолия приезжали искать на ЧАЭС. Сослуживец сказал, что уже позже командир им сообщил, что хоронить будут ноги. Причина смерти — термические ожоги 90 и более процентов всего тела горючими веществами. Место гибели г. Гостомель 09.03.2022 г. Как известно, экспертиза ДНК занимает минимум 10 дней и более. Это первое. Второе, можно сделать вывод, что свидетелей гибели нет, так как месяц его искали, попутно обманывая нас о реальном положении дел. То есть он даже не значился в списках пропавших без вести. Третье, в МО бригада не подает реальных сведений, так как они были даже 14.04.2022 г. не в курсе ни взятия анализа ДНК, ни назначенных похорон на следующий день. Четвертое, в конце марта мы увидели на украинских интернет-ресурсах двух пленных десантников. Место было указано как Киевская обл. В одном из солдат я узнала своего Анатолия и обратилась в ведомство омбудсмена Москальковой. С нами связались и обещали помощь в поиске среди попавших в плен, но попросили документ, выданный в морге, как подтверждение. Такой документ есть у родителей Анатолия, но они не желают его давать, чтобы попытаться разыскать сына среди пленных или тяжелораненых. Их устраивает денежная компенсация. Документа о проведении ДНК-экспертизы нет вообще. Кого мы хоронили, мы не знаем. Личных вещей не вернули, обстоятельств гибели не пояснили. Дату гибели мы увидели только на кресте. 08.04.2022 г. на похоронах солдата Сырямкина Александра Юрьевича (п. Новоселки) приезжал военком из г. Димитровграда и сообщил, что «через неделю еще одного привезем на 2-е отделение». Из-за чего по поселку поползли слухи, что речь о моем Толе. А я сделала вывод, что день похорон Сырямкина А. Ю. и день забора ДНК пришелся на один день 08.04.2022г. и что никакой анализ не проводился, а все было решено заранее. Я понимаю, что на войне может быть все что угодно. Но при этом, зная, какое скотское отношение в части к родственникам солдат, я абсолютно не исключаю, что Толя может находиться в плену или среди тяжелораненых. Очень прошу вашей помощи и надеюсь на нее».

«Обманным путем заставили подписать контракт»

Из сотен обращений в прокуратуру становится очевидно, что, несмотря на указания Путина, в войне массово используются срочники. Были они, например, и на затопленном крейсере «Москва»:

«Мой сын, Козырь Аким Александрович, 23/02/1999 г.р., был призван 18/10/2021г, для прохождения срочной службы в В/Ч 84201, Б/Ч боцманская команда. Контракт не заключал. Был отправлен в командировку из В/Ч 84201 на крейсере «Москва». В данный момент никаких данных о моем сыне у меня нет. Прошу сообщить о местонахождении моего ребёнка».

«Мой сын, Тарасов Марк Михайлович, 24.10.1997 года рождения, проходил военную службу по призыву в войсковой части № 84201 (гркр «Москва»). В ночь на 14 апреля поступило сообщение Минобороны РФ, что на крейсере «Москва» начался пожар, из-за чего сдетонировал боезапас, а экипаж полностью эвакуировали. Вечером того же дня было сообщено, что крейсер затонул. До настоящего времени ни мне, матери, ни отцу, ни другим не известно, жив ли наш сын».

Подобных случаев, судя по обращениям, огромное количество. Зачастую офицеры, отправляя срочников на войну, не церемонились и даже не затрудняли себя подписанием контракта и попросту фабриковали докумены:

«Мой сын Титов Андрей Витальевич Военным Комиссариатом Белгородской области призван на военную службу в ряды вооруженных сил РФ 25 июня 2021 г. Проходил срочную военную службу в 4-й Гвардейской Танковой Кантемировской дивизии (в/ч 19612), 413 отдельный Гвардейский Дембицкий батальон связи (в/ч 56132), рота №1, расположенной по адресу: Московская область, г. Наро-Фоминск-1, ул. Пешехонова, ***. Намерений заключать контракт не имел и не имеет. После демобилизации планировал работать в коммерческой организации и поступить в ВУЗ для получения высшего образования. В данный момент я располагаю информацией о нарушении прав военнослужащего Титова Андрея Витальевича, солдата срочной службы выразившимся: в понуждении к написанию рапорта обманным путем, а именно старшие по званию заверили, что рапорт необходим для прохождения военных учений в полях и будет аннулирован после прохождения этих учений; в подделке и фальсифицировании документов, а именно внесении записи и печати в военный билет о прохождении военной службы по контракту; в нарушении установленной процедуры по добровольному написанию военнослужащим рапорта и подписания самого контрактного договора. После чего, без подписания самого контрактного договора, его отправили 23 февраля 2022 г. на границу двух государств — Российской Федерации и Украины. В данный момент я располагаю сведениями, что моего сына, военнослужащего срочной службы, готовят отправить для участия в боевых действиях специальной военной операции на территорию Украины. ПРОШУ: Провести проверку по факту нарушения действующего законодательства».

«Старшие по званию заверили, что рапорт необходим для прохождения военных учений в полях»

«Прошу рассмотреть мою жалобу за военнослужащего Смородина Михаила Олеговича, 05.04.2002 г.р., направленного на военную срочную службу в Брянскую область, г. Клинцы, село Займище, корпус 2д. Затем в связи с учениями их отправили в Белгородскую область. Когда созванивалась с сыном, он говорил, что везут на учение, а оказалось — на войну. На данный момент его везут в сторону Украины. В Валуйке при построении солдатам сказали, что с 23 февраля они — военнослужащие контрактной службы, хотя мой сын ничего не подписывал. И все остальные, кто с ним находится, тоже срочники. Сначала у них лагерь находился в селе Михайловка, жили в палатках (гигиены никакой), за все время пребывания ни разу не был в бане. Деньги на хлеб и еду высылаем из дома. Пока ехал в эшелоне якобы на учение, давали сухпайки, один на двоих, воды в эшелоне не было. Вода для питья покупная. Деньги переводим на карточку, чтобы совсем не остался без ничего на чужбине. Я все понимаю, что это армия, но не до такой же степени обращаться с нашими детьми, как с собаками. У товарища у костра сгорел бушлат, он ходит как бомж в прожжённом. Где это видано, чтобы было такое обращение с людьми. Сейчас он находится в селе Старцево, живут в палатках. Когда связывалась с ним, говорю, как дела, почему вас везут срочников на войну, он мне ответил, что «нас никто не спрашивал, посылают и всё». Убедительная просьба рассмотреть мою жалобу и принять мою меру по возвращению срочников в воинскую часть, так как наши дети не животные, чтобы с ними так обращались. По закону срочников не должны отправлять в горячие точки. На данный момент у моего сына есть маленький сын, ему 18 марта будет 9 месяцев, неужели ребенок так и не увидит своего отца. Когда он уходил в армию, ему было 5 месяцев. За ребят подписывают контракт и везут обманным путем. Хочу добавить, когда были в Михайловке, приехал трактор, расчистил площадку, так как палаток не было, спали зимой на земле на матрасах. Им вообще сказали, что они приехали на фотосессию 24.02.2022, должны были расформировать по частям, а теперь везут в сторону Украины в горячую точку. Где справедливость, помогите, пожалуйста!».

«Я все понимаю, что это армия, но не до такой же степени обращаться с нашими детьми, как с собаками»

«Я сестра рядового срочника Новрузова Алихана Яхьяевича, проходящего службу в Брянской области, Клинцы, с. Займище в/ч91704. Обманным путем отправили в военную спецоперацию на территорию Украины. Прошу вас принять меры в отношении недобросовестных командиров части и вернуть на территорию РФ».

«Мы, родители ниже подписавшиеся, хотим сообщить вам, что наши сыновья были призваны осенью 2021 года в вооружённые силы РФ, в город Клинцы Брянской области, после принятия присяги распределены в в/ч 91704 с. Займище, Клинцовский район, Брянской области. 12 февраля 2022 года были направлены в командировку на полевые учения в Белгородскую область, с 24 февраля 2022 года со многими потеряна связь, и до настоящего времени мы не знаем место нахождения наших сыновей: Готина Сергея Олеговича, Готина Артёма Олеговича, Луценко Данила Марковича , Плотникова Дмитрия Алексеевича, Санникова Алексея Сергеевича, Полионова Никиты Витальевича, Иванова Сергея Анатольевича, Зыкина Кирилла Александровича, Новрузова Алихана Яхьявича, Сафронова Дмитрия Витальевича, Филиппова Виталия Александровича, Гелив Денис Вячеславович, Килина Данила Андреевича, Радионов Владислав Игоревич, Заев Ярослав. 7 марта мы дозвонились психологу нашей части Ложкиной, и она ответила, что все наши дети входят в первый батальон, а он считается контрактным и значит, что все они контрактники. Хотим обратить ваше внимание, что до 24.02.2022г. все наши дети проходили срочную службу и не изъявляли желание проходить службу по контракту, и, на сколько нам известно, контракты не подписывали и не давали согласие на участие в боевых действиях. А так же они не получили профессионально подготовки за три месяца службы. Мы, родители, считаем, что наши дети были обманным путем отправлены участвовать в военной операции и сейчас их жизни подвергаются опасности. В связи с этим мы просим найти наших пропавших сыновей и просим срочно вывезти от границы в безопасное место».


Пленные срочники в Украине

«Прошу Вас разобраться и не допустить беспредела в организации прохождения воинской службы моим внуком, Дмитриевым Александром Васильевичем, 22.07.1999 года рождения, которому я являюсь законным представителем. Начну с начала: В июне 2021г Дмитриев Александр Васильевич окончил Ростовскую Государственную консерваторию им. Рахманинова. Хотел начать свой трудовой путь в оркестре 22 бригады ВДВ пос. Рассвет, Ростовской области. Получил согласие дирижера оркестра. Собрал весь пакет документов. Не получил единственную подпись — Октябрьского военкомата г. Ростова на Дону. В Октябрьском военкомате решили взять его на срочную службу, объяснив ему, что будучи солдатом быстрее можно заключить контракт. Он не отказался, за три дня прошел медкомиссию, собрал все справки и 16.11.2021г отправился на срочную службу в Персиановку, Ростовской области. <...> Написал рапорт на перевод в оркестр и желание заключить контракт, работать в оркестре. В начале февраля 2022г ему предложили подписать контракт, но не тот, который он ждал (в оркестр), а стрелком, убедив его, обманным путем, что после подписания контракта его через две недели переведут в оркестр, но перед этим он должен пройти учения «в полях». Он подписал — и через три дня отправили «в поля на учения». Выходил на связь только по СМС, последний раз 23.02.2022г в 14:30 часов. 24.02.2022г началась спецоперация. Связь прекратилась. Я ничего не знала о судьбе внука. 04.03.2022г я вышла на телефон горячей линии, получила ответ 06.03.2022г с двух телефонов: «Ваш внук не числится в списках раненых, он исполняет свой воинский долг. Мы вышли на командование, и в скором времени внук выйдет с вами на связь»...»

«Ему предложили подписать контракт, но не тот, который он ждал (в оркестр), а стрелком»

«Здравствуйте. Мой сын Сергеев Александр Олегович, 28.05.2001 года рождения, призван на срочную военную службу 18.10.21г. В в/ч 31134 Таманская дивизия. В настоящее время находится в зоне боевых действий на территории Украины. По информации некоторых родителей, связавшихся с сыновьями, командование отказывается выводить срочников, принуждая заключить контракты, поясняя им — «вас все равно отсюда не выведут. А заключив контракт хоть деньги получите». То есть солдаты вводятся в заблуждение, так как не имеют действительной информации о приказе Президента РФ о безусловном выводе солдат срочной службы из зоны боевых действий. Я понимаю, что, находясь в безвыходном положении, кто-то из них может согласиться, в том числе и мой сын. На основании действующего законодательства договор, заключённый в состоянии существенного заблуждения, является недействительным. Таким образом, я считаю, что нарушаются права военнослужащих посредством принуждения их к заключению контрактов обманным путём. Прошу принять меры по устранению указанных нарушений».

«Мой молодой человек — Агапов Никита Андреевич 23.11.2001 года рождения — сейчас проходит срочную службу в в/ч 34670 в Валуйках. С 23 февраля от него не было вестей. 10 марта я узнала, что сейчас он находится в Харьковской области, то есть на Украине, где проводится специальная военная операция. При этом хочу заметить, что мой молодой человек не собирался подписывать контракт, так как у него другие планы на жизнь. Наш президент Владимир Владимирович Путин недавно сказал, что срочников там не должно быть. Позже выяснилось, что обманным путем некая часть срочников всё же оказались там. От нашего президента поступило поручение — вывести всех срочников из зоны боевых действий. Но мой молодой человек всё ещё находится в Харьковской области и участвует в военной операции. Прошу разобраться в этой ситуации и вернуть моего солдата на территорию РФ!».

«Мой сын Субботин Роберт Хасанович 19.02.1999 года рождения был призван на срочную военную службу 24 ноября 2021 года в воинскую часть 34670, Белгородская область, Валуйский район, посёлок Солоти, последний раз выходил на связь 23 февраля 2022 года и сообщил, что их часть по непонятным причинам обязали обманным путём подписать контракт, объясняя это необходимостью для учений в полях, сказали, что это формальность и никто после этого их не обязует нести контрактную службу, когда он выходил на связь 23 февраля 2022 года, сообщил о том, что он находится на полевых учениях, больше на связь он не выходил, хотели выяснить информацию о его местонахождении у органов военной власти, на что нам ответили, что он на полевых учениях, жив, здоров. Далее позвонил сын Субботин Роберт Хасанович и сообщил, что он находится на территории Украины в городе Харьков и, так как они записаны как контрактники, возвращать в Российскую Федерацию их не хотят. Помогите, пожалуйста, вернуть наших детей живых домой, ведь они не добровольно согласились на службу по контракту и попали туда обманным путём, у всей военной части собрали военные билеты и написали, что у них контракты».

«Добрый день! Мой сын — Служащий срочной службы Ситник Егор Константинович, г.р. 03.10.2000 г. был незаконно отправлен на военную операцию на Украине, так как контракт он не подписывал, согласия не давал ни в устном, ни в письменном виде. Также собеседования на данную тему не проходил. Обманным путем, воспользовавшись его паспортными данными, подделав подпись, заключили незаконно контракт на участие в военных действиях. Местонахождение сына на территории Украины подтверждено им лично в ходе короткого входящего звонка. Считаю, что это незаконное действие, прошу разобраться и оказать содействие по возврату Ситника Егора Константиновича в часть по месту его службы 752 мотострелковый полк, в/ч 34670, 2 батальон, 2 бтгр, 2 медицинский взвод».

«Обманным путем воспользовавшись его паспортными данными, подделав подпись, заключили незаконно контракт на участие в военных действиях»

«Я вдова и многодетная мама. Мой старший сын Глухов Богдан Михайлович 23.09.2002 г.р. солдат срочной службы призван 08.12.2021. Сейчас находится Владимирская обл. Пос. Панино В/ч 306/6-8,4-УПР, принял решение отказаться от предложения контрактной службы, о чем сообщил мне и командованию в феврале 2022 года. 22.03.2022, я стала свидетелем разговора командира, который принуждал моего сына к подписанию контракта, обманным путем уговаривал, обещая не отправить на фронт. А также в грубой форме выражался по отношению к моему мнению и настаивал на пренебрежении Богданом семейными отношениями. Считаю такое отношение психологическим давлением, манипуляцией и незаконным действием. До 8 апреля 2022 года их распределят по войскам. По выходным дням телефоны не выдают и связаться с семьёй ему невозможно. Прошу принять меры для прекращения подобных действий в отношении моего сына. И позволить спокойно продолжить срочную службу в Вооружённых силах России».

«Мы реально сталкиваемся с «беспределом» командиров воинских частей — внук моей подруги вернулся раненый и рассказал, как их избивали командиры, заставляя подписать контракт (не сообщаю подробностей по просьбе подруги, её дочери и сына). Прошу ускорить расследования по уже известным фактам, выявить тех, кто обманным путём направил солдат-срочников на верную смерть и судить всех, независимо от звания и занимаемой должности, по законам военного времени. Благодарю. С уважением, Гаврилюк Елена Николаевна».

«Внук подруги рассказал, как их избивали командиры, заставляя подписать контракт»

«Я, Моисеева Татьяна Геннадьевна, хочу сообщить о нарушении по отношению к моему сыну, Алиеву Эльмиру Эльданизовичу (23.05.1999 г.), который является в настоящий момент солдатом-срочником. Он 14 декабря 2021 года поступил в воинскую часть 71717, 1 танковый батальон, 2 учебно-танковая рота, 1 учебно-танковый взвод в Ленинградской области, Сертолово-1. Моему сыну неоднократно предлагали подписать контракт, но он отказывался. Несмотря на это, без предупреждения и объяснений его экстренно перевезли с аэродрома Громова в аэродром Твери Мигалово. Моему сыну сказали, что его и других срочников специально выбрали для военной спецоперации. На них оказывали эмоциональное давление, призывали защитить Родину и помочь солдатам в горячих точках. На возражение о том, что из указа президента Владимира Путина следует, что срочников нельзя отправлять на военную спецоперацию, им ответили: «Больше смотрите телевизор». А потом добавили, что их в любом случае отправят, даже если они не подпишут контракт. 2 апреля он прибыл в воинскую часть 32010 в г. Наро-Фоминск-1 по адресу ул. Пешехонова, ***. Позднее выяснилось, что его привезли в качестве добровольца и уже в понедельник, 4 апреля, собирались отправить на проведение военной спецоперации в Белгород. Уже был составлен рапорт без уведомления моего сына. Когда он прибыл в Наро-Фоминск-1, ему принесли документы на подписание контракта. Мой сын поступил на срочную службу и не хотел участвовать в военных действиях. Однако его обманным путем хотели увезти в Белгород и задействовать в спецоперации. В такой же ситуации оказались еще четыре человека из его роты, которые тоже не подписывали контракт и не готовы были стать добровольцами. На основании изложенного, прошу: Провести прокурорскую проверку и защитить права моего сына».

«На возражение, что из указа президента Путина следует, что срочников нельзя отправлять на военную спецоперацию, им ответили: «Больше смотрите телевизор»

В армию силой и угрозами

Тех срочников, которые не поддались на уловки и не согласились подписать контакт, заставляли это сделать силой и угрозами:

«Моего сына, Часова Даниила Игоревича, проходящего срочную службу в 254 мотострелковом полку, в/ч 91704 насильно заставляют подписать контракт. Помогите мне, пожалуйста».

«Мой сын, рядовой срочной службы, был сначала отправлен в Украину, а потом выведен с ее территории. По прибытию со срочниками была проведена беседа, чтобы они говорили, что собственноручно подписали контракт перед убытием на «спецоперацию». Я обратился на горячую линию Минобороны РФ за разъяснениями. Через несколько часов после этого сын сообщил, что их вызывали в штаб и угрожали, что снова отправят в зону боевых действий».

«Мой сын проходил службу в Белгородской области, с 20 февраля на связь не выходит. У меня есть сведения, что командир не отпускает срочников, угрожает дезертирством. В воинской части все об этом знают, они заставили подписать детей контракты, кто оказался, подделали подпись».

«В феврале мой сын срочник сообщил, что его «добровольно-принудительно» заставили подписать рапорт на время учений в полях в городе Курск. Никакой контракт не подписывал, но, видимо, за него выдали тот рапорт».

Еще меньше церемонились с жителями так называемых ДНР и ЛНР:

«Я мать гражданина ДНР, имеющего гражданство РФ. Ранее он не проходил службу в армии и нет военной подготовки вообще. В конце февраля был мобилизован для участия в «спецоперации». В этот период они были без элементарного снабжения, спали в лесу без палаток. Еды не хватает на всех и воды очень мало, собирали снег в лесу и топили. Ставят воевать на первую линию с одним рожком в автомате».

Принуждение к войне

Далеко не все контрактники хотели участвовать в «спецоперации», их тоже приходилось бросать на фронт обманным путем или силком:

«Добрый день! В срочном порядке прошу рассмотреть рапорт о моем увольнении из рядов ВС РФ. 15 января 2022 года я был отправлен на учения в Сирию на корабле. Но вместо этого нас обманным путем отправили на Украину, не спросив моего желания в участии в специальной военной операции. С самых первых дней моя бригада находилась на передней линии фронта, на огневой позиции. В боях я потерял всех близких мне товарищей. Я нахожусь в подавленном психологическом состоянии. Мне 21 год, и я очень хочу ЖИТЬ. Мой командир отказывается принимать рапорт. Свое обращение я посылал в командование Балтийским флотом. Что мне делать в сложившейся ситуации?».

Чаще всего контрактников загоняли на фронт угрозой уголовного дела:

«Здравствуйте, пишу с болью в сердце, как так выходит что у человека заканчивается контракт и его прям на подаче заявление в ЗАГСе увозят на Украину!? Сидит уже месяц, хочет уйти любой ценой сказали что если рыпнется навешают все статьи, что за животные действия!? Верните мне мужчину и дайте нормально выйти замуж! Почему половина контрактников в части снимают истории, а вторая половина сидит там!? И это армия?? Честно, ни одного хорошего отзыва о части в Перевальном и не слышала, стыд и позор! Обещали что будет смена, а в итоге по заявлению будут сидеть до конца!».

«Прямо на подаче заявление в ЗАГСе увезли на Украину! Cказали, если рыпнется навешают все статьи»

«Военнослужащих военной части 02511, Ленинградской области насильно отправляют воевать на Украину под угрозой лишения свободы. Просьба разобраться в этом в ближайшее время».

«Здравствуйте! 488 полк, в/ч 12721, 1 бтгр, ЗРБ, учавствующая в специальной военной операции с 24.03.22 по 18.04.22 находятся в первых рядах на территории Украины без главного командования. Первоначальную поставленную свою задачу они выполнили. Им поступил приказ идти вперед — либо уголовное дело. Но! Им не с чем идти дальше, у них потеря техники, потеря состава, их там мало, у них нет ничего для выполнения приказа. После выполнения поставленной задачи им обещали отдых, но в итоге они сделали больше, чем было в поставленной задаче изначально. Прошу принять решение о выводе 488 полка, в/ч 12721,1 бтгр, ЗРБ из зоны активных боевых действий и возможной замене».

Саботаж не повод для увольнения

Несколько десятков офицеров-контрактников из разных регионов и воинских частей (в том числе имеющих важное стратегическое значение) как под копирку (видимо, по совету одних и тех же юристов) написали жалобы, в которых сообщили, что они уже давно нарушают все условия контракта, не являются на службу, получают выговоры, публично вывешивают данные о себе и месте своей службы в соцсетях, но их все никак не увольняют! Вот только некоторые примеры:

«Я военнослужащий войсковой части 38838 Лейтенант Полоз Владислав Андреевич, прохожу службу в должности командира взвода реактивной батареи Реактивного дивизиона. Неоднократно заявлял о своём нежелании служить в ВС РФ. Неоднократно писал объяснения по незаконному отсутствию на службе, также подавал рапорт на увольнение по несоблюдению условия контракта с моей стороны. Со стороны воинской части вижу бездействие и полное безразличие в отношении меня. Дисциплинарная практика ведётся, на данный момент у меня малое количество выговоров 31.03.2022 г выложил на платформе YouTube видео о принадлежности себя к ВС РФ, но ЗГТ не провело разбирательства по данному нарушению. Прошу помочь в решении данного вопроса — увольнения меня с Военной службы в связи с невыполнением условий контракта с моей стороны. Претензий к МО РФ не имею, средства, затраченные на мое обучение, готов выплатить».

«Я военнослужащий войсковой части 48315 гвардии лейтенант Феллер Кирилл Олегович, прохожу службу на должности командира взвода засекречивающей аппаратуры связи. Неоднократно заявлял о своём нежелании служить в ВС РФ. Неоднократно писал объяснения по незаконному отсутствию на службе, а также подавал рапорт на увольнение по несоблюдению условий контракта с моей стороны. Со стороны воинской части вижу бездействие и полное безразличие в отношении меня. Дисциплинарная практика ведётся очень слабо, на данный момент у меня 4 строгих выговора, предупреждение о неполном служебном соответствии, аттестационная комиссия в отношении меня не проводится. Прошу помочь в решение данного вопроса — увольнения меня с военной службы в связи с невыполнением условий контракта с моей стороны. Претензий к МО РФ не имею, средства, затраченные на моё обучение, готов выплатить».

«Я военнослужащий войсковой части 30785 лейтенант Переверзев Илья Романович, прохожу службу на должности началька расчета СПУ. Неоднократно заявлял о своём нежелании служить в ВС РФ. Неоднократно писал объяснения по незаконному отсутствию на службе, а также подавал рапорт на увольнение по не соблюдению условий контракта с моей стороны. Воинская часть направляет документы на увольнение в вышестоящие органы, но оттуда уже второй раз приходит отказ по различным причинам (то ошибки найдут, то просто оставят без реализации). Первый раз документы дошли до армии, сейчас их возвращает ЦВО. И так продолжается уже 8 месяц. На данный момент у меня 17 выговоров. 4.02.2022 выложил в соцсети «ВК» и «Тик-Ток» сведения о принадлежности себя к ВС РФ, но ЗГТ не провело разбирательство по данному нарушению. Прошу помочь в решении данного вопроса — увольнения меня с военной службы в связи с невыполнением условий контракта с моей стороны. Претензий к МО РФ не имею, средства, затраченные на моё обучение, готов выплатить».

«Я военнослужащий войсковой части 02511 гв. старший лейтенант Шитов Александр Дмитриевич, прохожу службу на должности начальника зенитного ракетного расчета. Неоднократно заявлял о своём нежелании служить в ВС РФ. Неоднократно писал объяснения по незаконному отсутствию на службе, а также подавал рапорт на увольнение по не соблюдению условий контракта с моей стороны. Со стороны воинской части вижу бездействие и полное безразличие в отношении меня. Дисциплинарная практика ведётся очень слабо, на данный момент у меня очень мало выговоров. 04.03.2022 выложил в соцсети «ВК» сведения о принадлежности себя к ВС РФ, но ЗГТ не провело разбирательство по данному нарушению. Прошу помочь в решение данного вопроса — увольнения меня с военной службы в связи с невыполнением условий контракта с моей стороны. Претензий к МО РФ не имею».

«Я военнослужащий войсковой части 52879 лейтенант Уснунц Самвел Вячеславович, прохожу службу на должности командира взвода транспортирования ракет дальнего действия, батареи транспортирования зенитно-управляемых ракет. Неоднократно заявлял о своём нежелании служить в ВС РФ. Неоднократно писал объяснения по незаконному отсутствию на службе, а также подавал рапорт на увольнение по несоблюдению условий контракта с моей стороны. Со стороны воинской части вижу бездействие и полное безразличие в отношении меня. Дисциплинарная практика ведётся очень слабо, на данный момент у меня 7 выговоров и имеется ПНСС, аттестационная комиссия в отношении меня не проводится. Прошу помочь в решение данного вопроса — увольнения меня с военной службы в связи с невыполнением условий контракта с моей стороны. Претензий к МО РФ не имею, средства, затраченные на моё обучение, готов выплатить».

Фальшивые учения

Жалобы в прокуратуру подтверждают, что многие военнослужащие узнали, что участвуют не в учениях, а в агрессивной войне, только когда уже оказались на территории Украины, причем, разумеется, согласия их не спрашивали ни до, ни после:

«Я, командир 2 мотострелкового отделения <...> воинской части 31134, и ещё более 20 военнослужащих 02.02.2022 г был отправлен в составе 1-ой батальной тактической группы в город Курск на учения на незнакомом полигоне, после этого где-то 21.02.2022 нас перевезли в Белгородскую область на полигон Красные Яруги, а 23.02.2022 в составе 1 БТГР совершили марш под видом учений и оказались на неизвестном для меня месте, после этого ночью нам выдали оружие и боеприпасы, и в ночь с 23.02.2022 на 24.02.2022 поехали в неизвестном мне направлении. При первой остановке нам довели, что мы находимся на территории Украины. Затем мы продвигались все дальше и дальше и оказались не далеко от города Ровны, который находится на Украине. На всем протяжении маршрута нас никто не сопровождал не было никакой воздушной поддержки, также с нами в составе были военнослужащие срочной службы. В близи этого города нашим батальоном были организованы блок-посты, чтобы войска Украины не смогли провозить оружие и боеприпасы в данный город. Через некоторое время нам сказали, что нас выведут на территорию России, чтобы там оставить военнослужащих срочной службы и пополнить состав военнослужащими контрактной службы, но этого не состоялось, и мы совершили марш под город Суммы, на пути следования заезжали в деревни и проводили зачистку домов. После чего также делали блок-посты. Через некоторое время срочников увезли на полигон Красные Яруги, а мы остались на территории Украины. За время нахождения жили не в человеческих условиях, выдавали один сухой паек на несколько 3–4 дня, гуманитарной помощи почти никакой не было. Задачи поставленные выполняли. 21.02.2022 мы совершили марш на территорию России и оказались вновь у границы Украины рядом с городом Валуйки. Ночью этого же числа нам сообщили, что мы должны снова зайти на территорию Украины, только с другой стороны. Командованию батальона и воинской части был задан вопрос, могу ли я и мои товарищи отказаться от спецоперации, на что последовал ответ — НЕТ. 23.02.2022 утром нам сказали, что нужно ехать опять на территорию Украины, много кто не хотел этого делать, потом заместитель командира батальона по военно-политической работе капитан Гагиев попросил всех, кто не желает ехать, отойти от машин. Нас было около 50 человек кто не пожелал ехать. Вся колонна уехала, а мы с капитаном Гагиевым и заместителем командующего Запорного военного округа полковником Журавлевым остались не далеко от границы. Они с нами проводили беседы, агитировали поехать в след за колонной самим, сначала добрыми, патриотическими словами, а затем уже нецензурной бранью, тем самым оскорбляя нас. Сказали, что нас всех посадят в тюрьму. Офицерам угрожал посадить в машины и сам лично увезти на территорию Украины. Добровольного согласия ни я, ни мои товарищи на это не давали, ни первый раз, ни сейчас. Хотели написать рапорта об отказе либо на увольнение, капитан Гагиев сказал, что принимать ничего не хочет и не будет. Полковник Журавлев сказал, что больше нас кормить не будут и пускать в теплое помещение, «живите на улице». Боевой приказ до всего личного состава не доводился, нигде не расписывались. По данному обращению прошу принять меры и разъяснить наши действия. Какую ответственность мы несём за это?».

«Лечат только цитрамоном»

Много жалоб в прокуратуру связано с тем, что солдаты, отправленные на войну, оказались брошены там безо всякого обеспечения и мединской помощи:

«Здравствуйте, хотелось бы сообщить про военный госпиталь в Белгороде. В данный момент мой муж находится там с 23.04.2022 года (Контузия). На момент обращения не проведено никакого должного лечения, обследования. Лечить не хотят. Говорят «таких как ты много, и это просто психологическая травма, руки ноги целые, можно и дальше воевать». Хотелось бы узнать, на каком основании не проводится обследование, не делается МРТ, лечат только цитрамоном. Также у мужа имеются неврологические проявление контузии (головная боль, потеря памяти, замедленная речь, боли позвоночника). Ему нужно обследование и дальнейшее лечение».

«Здравствуйте! Мой муж проходит службу по контракту, в/ч 62295 в данный момент учавствует в спецоперации. Он получил ранение, попал в госпиталь, там ему не только не оказывают должную помощью, возят на МРТ за деньги самих военнослужащих, а потом ещё забирают результат этих обследований, ставят не те диагнозы. Даже с явными проблемами со здоровьем собираются отправлять на фронт обратно. Пожалуйста, разберитесь с этим».

«Мой сын, гвардии ефрейтор Ниязов Артём Михайлович, 13.04.2001 г.р. проходит военную службу по контракту в В/Ч 71211 ( 331 Гвардейский парашютно-десантный полк) <...> Должность старший оператор 1 ПТО 2ПТВ ПТБАТР. В настоящий момент участвует в специальной военной операции на территории Украины. Первое ранение, контузию, осколочное ранение мягких тканей головы, обморожение ног 2-й степени, получил 07.03.2022 г. В полевом госпитале провел 2-е суток. Лечение и медицинское обследование не проводилось, факт получения контузии и осколочного ранения головы в госпитале не зафиксировали в связи с большим количеством раненых. Через два дня был направлен для дальнейшего участия в СВО в своё подразделение, несмотря на не прекращающие головные боли, частичную потерю слуха и зрения. Второе ранение получил 19.04.2022, минно-взрывная травма, черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга. В тот же день был доставлен вертолетом в 39 ОМЕДО, оттуда направлен в госпиталь 98 дивизии, расположенный в с. Казначеевка Валуйского городского округа Белгородской области России. Несмотря на полученные травмы и симптомы заболевания (головокружения, головная боль, частичная потеря памяти, слуха и зрения), лечение моему сыну не проводится. Несвоевременная диагностика и отсутствие соответствующего медицинского лечения могут иметь необратимые последствия, угрожают жизни и могут привести к инвалидности».

«В полевом госпитале провел 2-е суток. Лечение и медицинское обследование не проводилось»

«Мой зять проходит службу по контракту в 137-ом гвардейском парашютно-десантном полку в/ч 41450. В/ч была направлена 24.01.2022 г. в республику Беларусь на учения. После 23.02.2022 г. не выходил на связь с родным, их перекинули на Украину для выполнения задач по СВО. Так как военнослужащие уезжали на учения на месяц-полтора, то форма у них уже тогда пришла в негодность, а также они не были оснащены средствами защиты. 27.03.2022 г. он вышел с нами на связь. В рамках разговора мы узнали, что их не обеспечивали едой, водой, сухими пайками (один на 4-х в сутки), воду добывали из снега, пока он был. Нам командование сообщало, что их кормят (трёхразовое питание в день в полевой кухне), вода есть, их водят в баню, они моются, но ни о каком мытье и речи на самом деле не было. Люди не мылись неделями, если не весь месяц. После разговора с зятем было выяснено, что он перенёс контузию (по описанию им симптомов — контузию средней тяжести), а также получил обморожение конечностей, рук и ушей. Должная медпомощь вследствие контузии не была оказана. Ответ был: «Здесь все такие, иди дальше». У многих солдат обморожения и ожоги. Форма пришла в полную негодность. На данный момент в состоянии полного морального и физического истощения, без должного обеспечения (продуктами питания, обмундированием и т.д.), без медицинского освидетельствования их перебрасывают для участия в продолжении СВО. В таком психическом, физическом и моральном состоянии это угрожает напрямую их жизни».

«После обморожения рук и ушей помощь не оказывалась. Ответ был — здесь все такие, иди дальше»

Своих бросаем

После того как военные оказываются в плену, их родственники не могут месяцами получить никакой информации, зачастую о пленении или смерти своего сына или мужа они узнают только от украинцев:

«Я Паулина Оксана Анатольевна, мать Пылева Анатолия Владимировича 14.06.2001 гр., призванного на военную службу 30.11.2021 г. По распределению попал в Кантемировскую дивизию. После кмб распределили в артиллерию. В конце января, не понятно по каким причинам, его перевели в Ямпольский полк, мотострелковая рота. Принудительно дали подписать бумаги якобы на учения. Учения должны были быть в Воронеже. 16 или 17 февраля их привезли на станцию Долбино (Белгоролская обл). 20 февраля последний раз выходил на связь. 18 марта в канале телеграм появилось видео пленных, и там был мой сын. 20 -го ему дали нам позвонить. Он подтвердил что в плену, ранен! Пожалуйста, помогите!».

«Мой сын Щербань Николай Андреевич, 27.04.1998 года рождения, является военнослужащим по контракту, служит в войсковой части № 12676 в должности старшего вычислителя взвода управления минометной батареи, звание — рядовой. После начала специальной военной операции в Украине (24.02.2022) связь с сыном пропала. 03.03.2022 на мой номер телефона поступил звонок с украинского номера (по мессенджеру «Вайбер»), и мне сообщили, что мой сын ранен в ходе вышеназванной военной операции (перелом одной ноги и осколочные ранения второй ноги), находится в больнице в г. Вознесенск Николаевской области (Украина). По «горячей линии» Министерства обороны (тел. 8 800 100 77 07), моей дочери (Щербань Юлии Андреевне) сообщили, что моего сына нет в списках пленных и он числится как пропавший без вести. Но я лично после того, как мой сын попал в плен, несколько раз в течение трех дней говорила с ним по телефону, у меня есть видеозапись с сыном (прилагаю), где он подтверждает нахождение в плену и полученные ранения. Кроме того, я к своим обращениям прилагала копию страницы с сайта www.ikpravda.com.ua (Николаевская правда), на которой размещена новость от 10.03.2022 о том, что мой сын и еще один военнослужащий подозреваются в посягательстве на территориальную целостность Украины (ч. 3 ст. 110 Уголовного кодекса Украины), и ему избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. Какие еще подтверждения нахождения моего сына в плену нужны должностным лицам Министерства Обороны?».

«Мой муж Цыганков Николай Юрьевич 1998 г. рождения попал в плен. Служит по контракту в спецназе 22 бригады ВДВ ГРУ МО РФ, номер воинской части 11659, которая находится в поселке Степной, Аксайского р-на Ростовской области. 8 марта 2022 года в 16:03 на мой телефон в приложении «Телеграм» поступил звонок с украинского номера, предположительно от украинских военных, которые сказали мне, что мой муж находится в плену и у него прострелены 2 ноги, сказали: «Приезжайте и забирайте своё мясо», но когда я спросила, куда ехать, то звонок сразу оборвался. В момент разговора я слышала отдаленный от мобильника голос мужа Николая и уверена, что это был именно его голос, это был муж. После этого мне прислали на мой смартфон его фотографию, на которой видно было, что муж лежит со завязанными руками и раненой окровавленной ногой с перетянутой тряпкой. Далее я написала «Когда вы его отпустите?», мне ответили что никогда. Далее в переписке они настаивали, чтобы мы (русский народ) и я лично выходили на митинги в России с протестами против правительства России и против войны».

«Позвонили, сказали: «Приезжайте и забирайте своё мясо»

«Верните хотя бы останки»

Тела погибших из Украины не вывозят, семьи тщетно пытаются разузнать, как забрать их и похоронить:

«Я мать военнослужащего Хабибназарова Камиля Салаватовича 06.12.2000 г.р. военной части 21005 74 бригады город Юрга. Сослуживец сына по специальной военной операции (Илья) сообщил мне о гибели моего сына 06.03.2022 года под Черниговом. В военной части эту информацию не подтверждают, т.к. тело осталось, вероятнее всего, на поле боя и командир не сообщил в часть. Прошу расследовать этот вопиющий инцидент и вернуть мне тело сына, чтобы все виновные понесли наказание».

«Прошу Вас помочь разобраться, почему так получилось, что моего сына Аргимбаева Р. С, 22.10.1985 г. р из п. Тоцкое -2 В/ч 12128 направили на спецоперацию в Украину, последняя телефонная связь с ним была 21.03.2022 г, после этого 28.03.2022 мы узнали от командира части что он погиб 24.03.2022. Со слов сослуживцев, его БМП-2 подорван, тело так и не смогли забрать, он остался в горящей машине на территории Украины. ДНК сдали. Прошу разобраться в этом, никто не знает, что делать дальше, прошло больше месяца, верните хотя бы останки чтоб похоронить по-человечески».

gruz 200 ukraine russia 2022
Груз 200 из Украины в Россию 2022

«Мой двоюродный брат Тивилев Никита Викторович 25.11.2000 г.р., город Спасск-Рязанский, проходил срочную службу в Смоленской обл г. Ельня, часть 94018. Звонил матери из города Ровно, говорил, что там служит санитаром. Следующий звонок от него был в марте, он плакал и говорил матери, зачем ты меня в армию отдала, больше ребенок на связь не выходил! Позвонили ребята матери и сказали, что Никита расстрелянный лежал возле танка. Его мать Тивилева Ольга Анатольевна начала звонить по разным инстанциям, в том числе в часть, где он должен был находиться. Сначала говорили, что он в части, позвать не могут. Потом начали откровенно ее посылать. Один единственный человек сказал, что 130 человек пропали и никто не знает о их месте положения. Прошу провести прокурорскую проверку. прошу найти Тивилева Никиту Викторовича. Прошу найти и наказать виновных, кто отправил срочника на военные действия».

«В марте он плакал и говорил матери, зачем ты меня в армию отдала, больше ребенок на связь не выходил»

«Мое обращение связано с гибелью моего сына Сеферова Альберта Гаджитагировича, 09.01.1991 г.р, В/Ч 90600, Самарская область, город Рощинский. На Украине 30.03.2022 в ходе боевых действий, спасая товарища, он был ранен в Черниговской области приблизительно в полдень. Оставался без оказания помощи до самого вечера, вечером прибыла помощь, но от полученных ран и потери крови скончался. После начали двигаться колонной с грузом 200 в сторону границы с РФ на место дислокации, по дороге автомобиль с грузом 200 застрял, водитель доложил командованию санчасти майору Гаджиеву. От Гаджиева не последовало никакой команды, со слов сослуживцев, доложили командованию о случившемся, командование приказало не останавливаться и двигаться в направлении базирования, водитель, бросив авто, уехал с колонной в направлении базирования, по сей день 17.04.2022 года тело не передано семье погибшего и о его местонахождении ничего не известно, командование в/ч 90600 не предоставляет никакой информации и на связь не выходит, скрываясь от родственников».

Оригинал

Читайте также:  Олена Степова: МОЯ ДОНБАССКАЯ УТОПИЯ / Донбасс под властью бандитов

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт защищен reCAPTCHA и применяются Политика конфиденциальности и Условия обслуживания применять.

Спасибо Вам за добавление нашей статьи в: