Опубликовано: 10.01.2014 00:03

Книга Сочи 2014 — Олимпиада 2014: Сенсационное расследование — Что происходит на самом деле / Часть 6

sochi 2014 book new



Проблемы волонтёров и с волонтёрами

Впрочем, предыдущий интернет-пользователь в чём погорячился, так это в вопросе о численности волонтёров. Такому числу просто некуда приезжать. Для них ничего не готово. Об этом поговорим чуть ниже.

Во время тестовых соревнований, которые активно добивали сочинскую инфраструктуру в начале 2013 года, удалось побеседовать с волонтёрами. Ясно, что это особая категория людей. Они изначально всё здесь любят, им по определению просто всё здесь нравится. Это действительно ребята, находящиеся, как сейчас принято говорить в молодёжной среде, «на позитиве». Для них поучаствовать в любых околоолимпийских мероприятиях — в радость. Теперь они надеются попасть на саму Олимпиаду. Но даже у этих позитивных персонажей есть свой — и немалый! — набор претензий к организаторам. В первую очередь это касается обмундирования. Практически никто не смог получить одежду по размерам. Штаны, куртки на 3–4 размера больше нужного — это стало нормой.

Но с обувью была и вовсе беда. Девушка, только что получившая обувь, стоит в растерянности:

— Вы знаете, я же написала, что у меня 37-й размер ноги. А мне выдали обувь 40-го…

— Девушка, вы сюда отдыхать приехали или что? Я понимаю, если за свои деньги покупали бы. А вам всем бесплатно дают. Ну нет у меня 37-го, нет. Не нравится 40-й размер — могу дать 41-й. Других вариантов всё равно нет. Кто ж вас такую в волонтёры определил? У меня для волонтёров только 40-й и 41-й. Тут одна вообще с 36-м размером приходила, мы и ей дали 40-й…

Видимо, рассчитывали на волонтёров-баскетболисток! А что? Думали, наверное, эти профнепригодные мечтатели о спорте, рисовали в своих мечтах длинноногих баскетболисток. У них-то явно не 36-й размер…

Это посмеяться можно, листая книгу на досуге. А когда вам дадут обувь на три-четыре размера больше? Были вопросы и по качеству питания, но это уже мелочи. Несмотря на то что соревнования и по лыжам, и по двоеборью проходили в горах, проживали волонтёры в Адлере. Да, недалеко от моря, прекрасно, но они ж не купаться и загорать сюда приехали. Почему-то об этом мало кто подумал. В итоге каждый день приходилось вставать ни свет ни заря и ехать на автобусах наверх. А потом ещё по вечерам сквозь пробки вниз… Впрочем, в данном вопросе вряд ли что-то можно изменить. Банально мест в гостиницах не хватит, чтобы всех поселить на Красной Поляне. Опять никудышная логистика.

Видимо, разворовали денег столько, что даже банальное правило — готовить волонтёров (уже среди отобранных в своих регионах кандидатов) на той территории, где им предстоит работать, — оказалось забытым. Впервые в олимпийской истории тренинги решено было проводить не только в городе-организаторе, а по всей стране: прямо в тех же 26 центрах, где волонтёров набирали. Чем это обернётся на практике, можно будет только гадать.

В Лондоне многие жаловались на организацию работы волонтёров: тут не пустили журналистов туда, куда положено, здесь что-то учудили… Но все сходились в одном: олимпийские объекты и вообще всё, что связано с географией — знали блестяще. На любом вокзале, на любой станции метро — абсолютно везде они готовы были тебе помочь, объяснить, показать дорогу. Они прекрасно ориентировались и готовы были сориентировать тебя. А почему? Потому что они готовились не где-нибудь, а именно в Лондоне, они уже пропустили эту Олимпиаду и эту олимпийскую столицу насквозь через себя бесчисленное количество раз. Даже если они приехали из маленького валлийского или шотландского городка, они стали за те полгода-год подготовки насквозь лондонцами. А как, спрашивается, пропустить через себя Сочи, если подготовка идёт в 17 городах от Владивостока до Москвы и Санкт-Петербурга? Даже многие из кандидатов, отобранных уже в самом олимпийском регионе, готовятся к Олимпиаде вовсе не в Сочи, а в Краснодаре — разве это не бред?

Но волонтёры не ропщут. Наш народ вообще готов терпеть многое. Он выбирался в волонтёры не потому, что разделяет олимпийские идеалы — надо просто куда-то выбраться, куда-то вырваться из атмосферы беспросветности и безнадёги, которая сопровождает жизнь у себя дома.

Даже в бравурных описаниях волонтёрского быта нет-нет да и проскользнёт эта тема. Цитирую одну из таких публикаций — из издания Publicpost.ru:

«Супруги Рантик и Елена Фудаевы приехали из города Волжска Республики Марий Эл. Они собираются работать на Паралимпийских играх. Фудаевы жалуются, что в их родном городе нет никаких развлечений, даже кинотеатра. В Сочи они надеются гулять, ходить по магазинам и в кино.

— Сначала я подумала: а что я смогу делать, но мне сказали, что смогу и люди там нужны, — рассказала Елена. — Изначально я боялась трудностей, но на самом деле соревнования спортсменов на колясках заряжают позитивом. Им же намного сложнее, чем обычным спортсменам».

Да, помощь в проведении Паралимпийских игр — это выглядит, конечно, красиво и благородно. Вот только слова «волонтёра Елены» вряд ли убедят кого-то в том, что всё пройдёт гладко. Она боялась трудностей, но «зарядилась позитивом». Она зритель? Она болельщик? Или волонтёр? При всём том, что указанный, совершенно незнакомый нам человек, допускаю, скорее всего добр, искренен и глубоко порядочен, но разве это основополагающие качества при подборе кандидатов? Особенно тех, кто «надеется в Сочи гулять».

Проблемы с волонтёрами обнаружились уже на тестовых соревнованиях. Вот как описывал будни комплекса «Лаура» один из журналистов:

— Первый сюрприз со знаком минус — волонтёры, больше мешавшие, чем помогавшие спортсменам и журналистам. Мешавшие, хочется верить, не по злобе, а от непонимания сути своей работы. Волонтёры занимали подъёмники, предназначенные для прессы, разговаривали порой грубовато, не могли ответить на простые вопросы о трассе. Симон Фуркад на этапе Кубка мира по биатлону упоминал, что они и автографы клянчили немилосердно. Одни волонтёры и пары слов не могли связать на английском, другие — напротив, злоупотребляли странными англицизмами вроде «нэйминга» и «тайминга».

Спортивные трассы-убийцы

Даже не будучи профессионалом, не вникая в суть проблемы, уже на самый первый, поверхностный взгляд сочинские трассы для биатлонистов и лыжников выглядят ужасающе. Трассами повышенного риска аккуратно их окрестили специалисты ещё за год до старта. Понятно, что у каждой вновь введённой в эксплуатацию арены есть свой набор проблем. Были проблемы в Турине, Ванкувере. Но их старались по возможности до олимпийских стартов решить и устранить.

«Трасс-убийц», в принципе, в мире хватает. Можно вспомнить первый этап Кубка мира в Пхёнчхане-2008 и окровавленное лицо американки Хейли Джонсон после падения с очередного страшного спуска или Светлану Слепцову, вылетевшую на встречную полосу на первом этапе Кубка мира во вроде бы любимом многими Нове-Место.

Паники из единичных случаев организаторы не делали, а точечная коррекция тех трасс позволяла впоследствии сглаживать проблемы.

В Сочи всё совсем иначе. Профиль сочинской трассы таков, что его уже не подкорректируешь. Проблемы заложены уже изначально, они системны. Вся трасса — вверх-вниз, вверх-вниз. Единственный длинный равнинный участок включает петлю на стадионе, но в большинстве случаев спортсмены проходят его на снижении пульса к огневому рубежу.

Трассу отличает большой перепад высот и несколько затяжных и крутых подъёмов. Первый из них начинается сразу после огневого рубежа и впечатляет своими масштабами. Второй является, по сути, трёхступенчатым подъёмом с небольшими выполаживаниями (так на сленге проектировщиков лыжных трасс называются недлинные пологие участки).

Что касается спусков, то два из них также весьма опасны, потому что после них следует резкий поворот. Известно, что спортсмены всегда стараются посильнее разогнаться от вершины, чтобы затем, при заходе на новый подъём, получить инерционное преимущество. Однако такая привычная тактика чревата падениями, что мы видели неоднократно в каждой из тестовых гонок в Сочи. Особую опасность данный спуск представляет при масс-старте, где одно падение способно спровоцировать массовый завал.

Никому не пришло в голову, что на некоторых участках трассу стоит элементарно расширить. Видимо, экономили. Всё банально.

Тут пришлось вмешаться даже обычно обходящему острые углы главе Олимпийского комитета Александру Жукову:

— Биатлонную олимпийскую трассу необходимо «подправить», чтобы сделать её более безопасной. Во время индивидуальных и спринтерских гонок в рамках этапа Кубка мира в Сочи на спусках было немало падений. По мнению многих биатлонистов, на трассе нужна чуть ли не горнолыжная подготовка — настолько сложна дистанция. Биатлонную трассу придётся подправить. Наверное, вы видели, там есть место, где очень опасный поворот, и некоторые спортсмены не справляются, вылетают. Надо это исправить для того, чтобы не подвергать риску травм. Но это делается достаточно легко. Упрощать трассу не будут, но сделают так, чтобы было безопасно.

Сделано подобное заявление, впрочем, было лишь после того, как за несколько дней до этого Международный союз биатлонистов поставил жёсткий ультиматум: трасса в Сочи должна быть изменена. Иначе — Игр не будет. Тренер сборной Австрии Вальтер Херль даже сравнил трассу с американскими горками.

Важным фактором при подготовке к любым соревнованиям, в том числе к Олимпийским играм, всегда становится место размещения и акклиматизация. В Сочи непросто будет всем. Кто-то уже сейчас заявляет, что селиться будет ближе к морю — это элементарно позволит быстрее восстанавливаться. Но в таком случае дополнительные время и силы отнимет дорога на стадион. Часть команд во время тестовых соревнований, прекрасно понимая, что с транспортом в Сочи — полный бардак, изначально жила на высоте в коттеджных домиках рядом со стадионом. Некоторые селились в гостиницах посёлка Роза Хутор недалеко от подъёмника. Но если во время соревнований февраля — марта 2013-го большинство спортсменов выступало без акклиматизации, то к Олимпиаде они постараются заехать сюда за две-три недели до стартов, чтобы полностью пройти акклиматизацию и адаптироваться на высоте 1440 метров. Иначе на далеко не идеальной трассе нас может ждать ещё немало трагических неприятностей.

Уже во время тех самых «тестов», которые на самом деле тесты для кого угодно (организаторов, проектировщиков, волонтёров), но только не для самих спортсменов (это ведь ни много ни мало, а этапы Кубка мира!), стало очевидно, что традиционным преимуществом своей трассы наша женская биатлонная команда никак воспользоваться не может. Более того, ещё до детального разбора сочинского тренировочного плана тренер Вольфганг Пихлер заявил:

— Уверен, что для наших девушек трасса не подходит!..

Почти на всех крутых спусках в Сочи не обходилось без падения россиян. Компанию нам составляют в основном представители команд второго эшелона, а те же норвежцы на снегу оказываются крайне редко.

Президент Союза биатлонистов России Михаил Прохоров рассказал о том, что российские биатлонисты на Олимпийских играх в Сочи не будут иметь преимущества домашней трассы:

— Трасса в целом соответствует мировым стандартам. Но наши пожелания — какую бы мы хотели трассу с учётом конкурентного преимущества наших спортсменов — никто с нами не согласовывал. — Второе — на сегодняшний день у нас нет преимущества домашней трассы. Впервые мы смогли тренироваться на олимпийской трассе в августе 2012 года. И то — лыжероллерная трасса была длиной не в пять километров, а в два. Снег опробовала первая сборная только в феврале — марте 2013-го, как и все наши конкуренты. Если мы вспомним канадцев, то у них за четыре года до Олимпийских игр были готовы все спортсооружения.

Почему наши спортсмены провалят Олимпиаду

До сей поры мы говорили преимущественно об инфраструктурных минусах, серьёзных недоработках, очевидных провалах в организации. Но есть ведь главная составляющая такого крупного спортивного форума, как Олимпиада, — это собственно результаты. Те самые очки, медали, секунды. И вот тут-то, даже невзирая на очевидные плюсы домашней арены (точнее уж, домашних арен), провал ой как возможен.



Но сначала всё-таки о плюсах скажем. Потому как это тема весьма важная. Плюсы — это ведь не только поддержка своих болельщиков, которые эмоционально тебя заряжают, гонят вперёд и придают дополнительных сил. Вещь это эфемерная, нематериальная, но конвертируется порой в весьма впечатляющие результаты. Но это не единственный нюанс. Куда важнее возможность заранее обкатать трассы, привыкнуть к их мельчайшим нюансам. И в этом смысле неспособность проектировщиков и строителей обеспечить своевременное введение спортивных объектов в строй вбивает весьма основательный гвоздь в крышку гроба планов наших олимпийцев. То есть наших спортсменов лишают того преимущества, которое вполне могло стать если и не решающим, то определяющим точно.

Есть ещё один нюанс. Есть возможность проектировать и строить трассы таким образом, что будут учтены индивидуальные особенности именно наших спортсменов. Так, трассу для лыжников делают без длинных ровных участков, где россияне традиционно дают себя обойти, зато перед финишем можно быть уверенным в наличии протяжённого подъёма.

Журналистам в этом в режиме «не под запись» признался президент Олимпийского комитета России Александр Жуков. Не очень понятно, чего тут скрывать и чего тут стесняться: в конце концов, таким же образом поступают все, всегда и везде. Но подобные вещи вообще в духе нашего спортивного чиновничества любого ранга. Подойдите, например, к главе Российского футбольного союза Николаю Толстых, который до избрания президентом РФС некоторое время работал исполнительным директором Олимпийского комитета России и вполне успел не просто прикоснуться, а глубоко поработать в олимпийской теме. Николай Александрович — из той породы людей, кто в ответ даже на дежурный вопрос «как дела?» долго и подробно начинает рассказывать, как именно у него складываются дела. Будет делать это долго и чрезвычайно занудно. А когда вдруг расскажет что-то действительно интересное, то тут же одёрнет себя и, взяв тебя за лацкан пиджака, несколько раз обозначит, что это было не для печати.

Впрочем, уверенность наших чиновников в том, поможет ли это, мы уже несколько подкорректировали в предыдущей главе. Мы и на собственных трассах умудряемся «провалиться».

А вот теперь-то перейдём к собственно спортивной стороне вопроса. Когда в 2009 году, сразу по окончании зимнего сезона, появились прогнозы о том, что сборная России в Ванкувере будет располагаться где-то в районе девятого места в неофициальном общекомандном зачёте, сколько же воя подняли представители самых разных спортивных организаций, ведомств, федераций! Мы, мол, посрамим через год на зимней Олимпиаде все эти недостоверные подсчёты журналистов.

А журналисты как раз ничего недостоверного сделать не могли. Да и не хотели. Они сделали всё математически безупречно: взяли медальный зачёт Белой олимпиады и подставили в него все реальные результаты чемпионатов мира за предолимпийский сезон. Всё честно, и всё непредвзято. Результат: девятое место.

Чиновники опровергали эти подсчёты: дескать, бывают сезоны поудачнее, бывают сезоны менее удачные. Главное — построить подготовку в межолимпийское четырёхлетие таким образом, чтобы на пик формы выйти аккурат в год Олимпиады. Уж не знаю, кто ошибался, но на той Олимпиаде мы девятыми действительно не оказались. Стали одиннадцатыми. Впервые за всю историю Игр! Не то чтобы не среди лидеров, а вообще за границами десятки!

Чиновник не может признать свою неправоту. Ему кажется, что если он в этом признается, он сразу же обречён на вымирание как динозавр. В итоге после неудачного результата в Ванкувере нам попытались объяснить, что вся эта канадская Олимпиада — не более чем подготовка к Сочи-2014, эдакая тренировка.

Для иных спортсменов Олимпиада случается раз в жизни, для кого-то — дважды или трижды. Чаще — реже. Случаи такие вообще единичны. Не говоря о том, что вообще на Олимпиаду попадают только лучшие. Доли процента. И тут ему объясняют, что он не на всамделишную Олимпиаду ездил, а на некую «репетицию перед Сочи».

Я-то в самом факте такого провального результата в Ванкувере не вижу ничего страшного и уж тем более катастрофического. Я считаю, что как жить надо по средствам, так и адекватность самооценки тоже нельзя никогда терять. Мы не способны бороться на равных с лидерами, зато мы открываем вторую десятку. Мы ведь одиннадцатые! Мы — первые парни на деревне. И отталкиваясь от этой ямы, долго и постепенно надо учиться, готовиться рано или поздно переехать в город.

А вот Олимпиада в Сочи этой адекватности как раз мешает. Включат административный ресурс, поработают с судьями, надавят где нужно, не считаясь ни с чем. И раструбят потом на весь мир, будто мы вернули себе статус великой спортивной державы, мол, вернули самоуважение. А победы-то, увы, будут фальшивыми. Этого ведь хотелось бы меньше всего.

Чиновники тоже занимаются медальными планами. По федерациям распределяется план: от кого сколько медалей ждут. Это же бред натуральный, если вдуматься! Для спортсмена победа или просто медаль — это преодоление себя, победа над другими, это всё-таки маленький подвиг! А этот подвиг кто-то уже вписал заранее в план работы. Чиновник уже прислонился удачно к этой победе. Тень славы спортсмена пала и на него. И вроде как он при делах! И вроде как это его грамотное планирование помогло эту самую победу добыть, а вовсе не кровь и пот олимпийца, пролитые много лет подряд на тренировках и в спортивных сражениях!

Когда, наконец, по истечении уже нескольких десятков лет этого нелепого планирования подвигов (помните, как в сказке Шварца: «после обеда у меня — подвиг»?) кому-то наверху пришла в голову идея запретить эту нелепость, тишина продолжалась недолго. Очень скоро снова медальные планы возродились. Только называться они стали теперь не «медальные планы», а «медальные прогнозы». Есть ли разница? Я её не вижу.

Но это чиновники. Они по-другому не могут. Если они будут молчать, то никто про них и не вспомнит. И не ясно будет, зачем вся эта чиновничья свора в таком огромном количестве вообще отправляется вместе со спортсменами.

Повторимся, что прогноз, который публикуется не чиновниками, а журналистами за год до Олимпиады, строится не на нелепых умозаключениях или на желании выслужиться перед начальством, а только на объективных цифрах — реальных победах и поражениях.

И прогресс, если отталкиваться от того, что было в Ванкувере, намечается: мы уже не на 11-м месте. И даже не на прогнозном 9-м, как это рисовали в 2009-м. Мы аж на седьмом месте! Это, конечно, сильно не стыкуется с бравурными обещаниями руководителей от нашего спорта. Александр Жуков, глава Олимпийского комитета России, уверенно произносит:

— Российская сборная вполне сможет побороться за первую строчку в общекомандном зачёте.

Может быть, Александр Дмитриевич знает что-то такое, чего не знаем мы? Что-то такое, о чём не может нам пока рассказать? Я что-то очень сомневаюсь.

Как подсчитало агентство Infostrada Sports, занимающееся спортивной статистикой и аналитикой, сборная России завоюет на домашней Олимпиаде лишь 15 медалей. Таким образом, количество не сильно превысит ванкуверский результат. Но «золото» — «серебро» — «бронза» распределятся иначе: пять золотых, пять серебряных и пять бронзовых наград. В общем зачёте это позволит подняться на седьмую строчку.

tab2 olymp 2014

Победит же сборная Норвегии, которой агентство посулило 38 медалей. На второе место аналитики поставили сборную Канады. Третью строчку должны занять американцы.

Министр спорта Виталий Мутко, славящийся умением держать нос по ветру, всё чаще отмежёвывается от всех бравурных олимпийских обещаний. И мне кажется, что именно этот факт уже говорит о многом.

После Лондона Виталий Леонтьевич был многоречив и сладкоголосен:

— На домашних Играх предстоит стартовать фактически с нулевой отметки. Мы должны сделать шаг от трёх золотых наград, что были в Ванкувере, к четырнадцати. А это фантастически трудная задача! И к ней нужно подходить трезво и без иллюзий. Не бывает олимпийских чемпионов, которые на протяжении года-двух до Игр не попадают хотя бы время от времени в число шести сильнейших в мире. Чьи-то фантазии, что человек может проснуться, пойти и выиграть «золото» — это полная глупость. Мы, конечно, будем хозяевами Игр, и это наше преимущество. Но в биатлоне в 2014-м никуда не денутся немцы и норвежцы. Вырвать у них хотя бы несколько золотых наград — уже подвиг. В лыжах никуда не денутся Марит Бьорген и Петтер Нортуг. Все они приедут к нам в Сочи в гости, но вести-то себя будут по-хозяйски — так же, как они это делали на домашнем чемпионате мира-2011 в Осло, где выиграли семь из восьми золотых медалей. А у нас в сборных тем временем идёт бесконечная смена поколений. Сейчас вот начинаем выстраивать чёткую систему с лыжниками, с фигуристами. То, что это нужно было сделать ещё восемь лет назад — другой вопрос. Вот в чём причина того, что в российских сборных появляются такие люди, как кореец Виктор Ан в шорт-треке.

Это было после августа 2012-го. Это было уже давно, сразу после летних Игр. Теперь посмотрите, как изменилась его тональность всего за месяц. Ещё две цитаты: первое из нижеприведённых высказываний относится к концу февраля 2013-го, второе — к концу марта 2013-го. За упомянутый месяц, как известно, многое произошло. И многое по поводу Сочи стало понятно.

— Задача выиграть домашнюю Олимпиаду в Сочи была заложена ещё в «Стратегию развития физической культуры и спорта в Российской Федерации на период до 2020 года». А в госпрограмме, которую мы обсуждали, первое место — предполагаемый и ожидаемый результат реализации тех мер, которые заложены в её подпрограмме «Развитие спорта высших достижений и системы подготовки спортивного резерва», — долго произносит министр непонятные и казённые слова, а потом «переводит»: — Предполагаемый и ожидаемый результат в Сочи — это первое место.

И обещанная вторая цитата:

— Потенциально уровень нашей сборной на Играх в Сочи — это 4–5-е итоговое общекомандное место. Если станем третьими, то это будет выдающийся результат. Это объективная оценка.

Вот так-то, господа болельщики…

Очевидно, что в коридорах большой власти началась по весне большая суета в связи со всеми этими высказываниями. Косвенным признаком большого нагоняя, который получили все высокопоставленные авторы реплик о будущих победах или провалах, стали неожиданные заявления в марте — апреле тех же Жукова и Мутко, столь радикально разошедшихся в своих прогнозах. Глава Олимпийского комитета России Александр Жуков в итоге заявил, что медальных планов ни у кого нет. И если даже он когда-то точные цифры и места нам называл, то мы его неправильно поняли. А министр спорта Виталий Мутко так и просто заявил: конкретные цели будем ставить только после анализов итогов сезона.

Читать все главы книги

Скачать полностью в формате fb2

Вся информация о воровстве и дебилизме Зимней ОлЫмпиады в субтропиках:
СОЧИНСКАЯ ОЛИМПИАДА ОБЕРНЕТСЯ КРУПНЕЙШИМ ПРОВАЛОМ ПУТИНА
Путинская олимпиада — ограбление России





Спасибо Вам за добавление нашей статьи в:









Смотри видео на Free RuTube - То, что не покажет ZomboЯщик

SvobodaNews Free RuTube
comments powered by HyperComments