Илья Азар: Манифест нарушителя изоляции — Про одиночный пикет и покорный русский народ



Наш коллега, спецкор «Новой» Илья Азар получил 15 суток ареста за одиночный пикет у здания ГУВД Москвы на Петровке, 38. Накануне за те же действия был арестован активист Виктор Немытов. Оба протестовали против уголовного преследования «омбудсмена полиции» Владимира Воронцова. Почему это пришлось делать на улице, несмотря на коронавирус, Азар подробно объяснил в своем фейсбуке. Арестовав журналиста, власти де-факто объявили войну представителям нашей профессии. У нас нет возможности уклониться от этого вызова: добровольно признавать за Кремлем (властью? силовиками?) право сажать людей за выражение гражданской позиции никто не собирается.

Манифест нарушителя изоляции (про одиночный пикет во время пандемии, штраф от 150 тысяч за него, беспредел властей и покорный русский народ)

Я вчера вышел из дома в маске, час шел по полупустой Москве до здания ГУ-МВД, где надел резиновые перчатки, взял в руки плакат с требованием освободить Владимира Воронцова и Виктора Немытова. Через 20 минут меня задержали, обыскали, изъяли телефон и шнурки, засунули к задержанному за несколько часов до этого Немытову в маленькую камеру (один метр на три), после чего обвинили в нарушении статьи 20.2 КОАП, которую я не нарушал.

Это нормально?

Нет, но пока мы все, такие ответственные люди, расселись по домам и митинговали в Zoom, они окончательно оборзели — ввели цензуру (по фейкам за коронавирус), добили выборы (сбор подписей и дистанционное голосование) и отменили свободу собраний.

Наверняка кто-то считает, что правильно меня наказали, раз я во время эпидемии с плакатом на улице встал. Неправильно считает, поэтому проясню свою позицию (извините, если слишком пространно).

Ковид-диссидентом меня назвать сложно. Я уже два месяца изо всех сил соблюдаю самоизоляцию, из дома выхожу один раз в неделю в магазин, мою продукты, видел за все это время трех знакомых (прогуливались около моего дома, соблюдая дистанцию), общественным транспортом не пользуюсь принципиально, если куда-то иду, то только пешком. Самое серьезное нарушение собственных правил допустил до этого именно из-за Собянина, который не счел нужным разрешить депутатам (и муниципальным служащим) сдать декларацию о доходах и имуществе позже 30 апреля.

При этом я считаю введение электронных пропусков, слежку за гражданами через приложения и камеры, да и вообще сам указ Собянина о “самоизоляции”, ограничивающий наши конституционные права и свободы, незаконным. Социальное дистанцирование, решение сидеть и работать дома, не встречаться с друзьями я считаю не обязанностью (нарушение которой еще и штрафом карается), а личной ответственностью человека перед обществом, которую он сам на себя берет. В конце концов это прямо следует из самого слова “самоизоляция”.

Вы, конечно, скажете, что русский народ не способен сам изолироваться и поголовно отправится жарить шашлык, если его за это не будут штрафовать, но я такой аргумент не принимаю, потому что это совсем грустно, и тогда остается только валить.

Уверен, что люди сами все понимают (а злостных пофигистов, особенно тех, что с детьми, указ Собянина не останавливает — выгляните из окна). Тем более, что цифровой пропуск этот (насколько я понимаю, сам не оформлял) получить довольно легко, можно указать в нем причину из имеющихся, а пойти/поехать по другим делам.

Но формально пропуск выдают только для важных причин — поехать на работу или в больницу, а в магазин и вовсе можно без него сходить.



Так вот я считаю необходимость публично выразить свой протест, свое несогласие (как кстати и согласие) с действиями властей весьма уважительной причиной для выхода из дома — ничуть не менее уважительной, чем покупка хлеба или пива.

Конечно, массовые акции в условиях эпидемии коронавируса проводить нельзя, чтобы не увеличивать риск заражения, но одиночный пикет массовой акцией не является ни по форме, ни по сути. Риск заражения человека в одиночном пикете ниже, чем в магазине, МФЦ или в метро. Это очевидно.

Но мы даже метропикет (еженедельные одиночные пикеты у станций метро) еще до введения принудительной “самоизоляции” с середины марта перевели в онлайн режим. На всякий случай.

Вчера же после того, как бывалый участник метропикета Виктор Немытов решил выйти в одиночный пикет и был задержан, я посчитал своим долгом поддержать не только лично его (и Воронцова), но и право граждан на протест (повторюсь, в условиях пандемии — на одиночный).

Считаю, что ничего не нарушил и никого не подверг риску заражения (в частности поэтому никого на пикет с собой не звал, а тех, кто решит по собственной воле присоединиться, попросил соблюдать дистанцию).

Зато его нарушили полицейские — сначала, когда схватили меня и повели в машину, потом в самой машине полиции мы были втроем, ну а в Тверском отделении полиции вообще атас. Там так тесно, и постоянно снуют сотрудники полиции, что ни о каких двух метрах между людьми и речи не идет, особенно в ходе личного досмотра или в процессе силового выталкивания адвоката вон.

Вменили мне (и Немытову) статью 20.2 КОАП, хотя нарушения этой статьи мы не допустили. Такое вообще-то бывает — когда провокатор с плакатом присоединяется к пикетчику, превращая одиночный пикет в массовый, после чего обоих задерживают. Но не в нашем случае. Так почему же нам выписали протокол по 20.2?

Процитирую выданный мне вчера протокол об административном правонарушении. Начинается он так:
“Гражданин Азар принимал участие в публичном мероприятии в форме пикета, в месте где проведение публичного мероприятия не запрещается, а также не требует согласования с органами исполнительной власти города Москвы согласно 54-ФЗ о митингах”. Казалось бы мы читаем документ, автор которого сам себя разоблачает, ведь все законно.

Но нет.

Читаем дальше. Поскольку гражданин Азар “игнорировал необходимость соблюдать требования указа мэра Москвы о запрете на любые публичные мероприятия”, его действия подпадают — внимание! — под правонарушение части 5 статьи 20.2.

То есть Собянин своим указом как бы отменил действие статьи 20.2, но при этом выйдя в одиночный пикет, я нарушаю не просто его указ, а ту самую статью 20.2, где ничего, конечно, про указ Собянина не написано.

Изящно!

Кстати, штраф за нарушение самоизоляции мне тоже выписали, хотя его как раз, утверждают, адвокаты можно легко оспорить. Депутат имеет право перемещаться по городу, а пропуск пешеходам не обязателен. Во всяком случае депутату Цукасову штраф за одиночный пикет 9 мая отменили (правда, ему и 20.2 не вменяли).

Подытожим. Прикрываясь пандемией и пользуясь всеобщими апатией и страхом, власть множит свои незаконные действия. Путин 9 мая принимает мини-парад в Александровском саду, перед этим курсанты, репетируя его, массово заражаются, теперь объявили парад на 24 июня и уже давно всерьез обсуждают возможность всенародного голосования то ли в июне, то ли в июле, а мне за одиночный пикет собираются вынести штраф от 150 до 300 тысяч рублей (в арест не верю, но до 30 суток по статье судья дать имеет возможность)

Ну что, будем дальше ждать и смотреть, как они тестируют пределы нашей покорности?

Илья Азар

Разумеется, одиночный пикет не преступление, в нем трудно найти признаки «массового мероприятия», нарушения эпидемиологических норм или пресловутого «препятствия свободному движению граждан». Тем не менее власти решились на административный арест, обвинив Азара в «повторном нарушении порядка проведения публичных мероприятий». Аргумент тут, судя по всему, состоял в том, что и так сойдет, люди и без того запуганы, а уж арест Азара всех точно оставит дома. Кто же захочет оказаться в спецприемнике во время эпидемии? Дело Голунова, в поддержку которого одним из первых, кстати, выступил именно Илья Азар, похоже, ничему не научило российскую «политическую элиту».

Так, прикрываясь страхом законопослушных людей перед эпидемией, необходимостью оставаться дома, власти считают, что могут открыто демонтировать остатки гражданских свобод. Даже пикетировать теперь нельзя. Похоже, что и выражение мнений, отличающихся от «озвученных официально», скоро станет незаконным. Год назад, когда в Москве протестовали десятки тысяч человек, арестовать журналиста за одиночный пикет казалось невозможным. Теперь власти считают, что находятся в своем праве, и предлагают нам молча смириться.

Использовать эпидемию для расправы с гражданскими активистами — значит демонстрировать, насколько жалким является нынешний авторитаризм, который вроде бы по всему периметру окружен сплошными рядами штыков. Судья, выносивший решение об аресте Азара, совершил вдвойне аморальный поступок, не только лишив невиновного человека свободы, но и подвергнув опасности его жизнь. Известно, что именно места изоляции людей являются основными очагами распространения инфекции.

Арестовав журналиста Азара, власти выводят журналистов на улицу: колонками тут не отделаешься. Наши коллеги сейчас делятся на тех, кто пойдет пикетировать Петровку, 38, ожидая арестов, и тех, кто продолжит рассказывать вам о том, что происходит. Если в какой-то момент арестуют нас всех, пожалуйста, не молчите об этом.

Кто-то сейчас готовится к парадам и обнулению Конституции, а другие просто хотят сохранить человеческое достоинство. Пусть этот выбор останется в нашей стране свободным — именно по этому поводу в конечном счете протестовал Азар.

У здания столичного МВД на Петровке, 38 проходят пикеты журналистов в поддержку спецкора «Новой газеты» Ильи Азара, арестованного на 15 суток за одиночную акцию в поддержку основателя паблика «Омбудсмен полиции». Первым в пикет встал главред «Медиазоны» Сергей Смирнов. Его сразу же задержали полицейские. Журналистка «Эха Москвы» Татьяна Фельгенгауэр второй встала в пикет, и ее сразу же сопроводили в автозак.

Журналиста «Эха Москвы» Александра Плющева тоже задержали. Задержанных доставляют в ОВД Тверской. Сотрудник полиции заявил корреспондентке «Новой», что любые публичные мероприятия сегодня незаконны, поскольку нарушают режим самоизоляции в Москве. Полиция задержала главреда «Таких дел» Анастасию Лотареву, фотографа Викторию Ивлеву и писательницу Алису Ганиеву. На просьбу объяснить причину задержания полицейский советует «читать указ города Москвы», не уточняя, какой именно. На Петровке задержан журналист Михаил Фишман.

Цифровые пропуска и приложение «Социальный мониторинг» не помогают борьбе с эпидемией, а являются средством грабежа и унижения москвичей. Люди, теряющие работу или часть дохода, получают штрафы, даже если выполняли все требования приложения «Социальный мониторинг». Из-за проверки пропусков сотрудниками Росгвардии, ППС и ДПС, увеличивается количество контактов и распространение коронавируса. Проверка пропусков создаёт полицейский беспредел. Эти меры превращают Москву в настоящий цифровой концлагерь. Цифровые пропуска, как нерабочая мера, уже отменены в Московской области и Татарстане. Они должны быть немедленно отменены и в Москве.



Спасибо Вам за добавление нашей статьи в:



Смотри видео на Free RuTube - То, что не покажет ZomboЯщик

Выруби ЗомбоЯщик! Смотри видео на FreeRuTube




Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Свободная Россия в Telegram. Присоединяйтесь!